Бог злости

У нее просто элегантная экстравертная энергия и природный талант заставлять всех вокруг чувствовать себя непринужденно.

В ее глазах видна забота и абсолютное обожание, с которым она относится к своему мужу и детям.

Мистер Карсон немного сдержан, но не в холодном смысле. Я думаю, он больше похож на Гарета — должно пройти много взаимодействий, прежде чем он достаточно потеплеет к вам, чтобы позволить вам приблизиться.

Во время ужина Рейна спрашивает о школе и впечатляется, когда я говорю ей, что изучаю искусство. Затем она рассказывает, что однажды выставила на аукцион одну из маминых картин для благотворительности.

Конечно, она так и сделала.

Киллиан быстро вмешивается, как будто знает, что мне становится неловко, и показывает ей мой Instagram с некоторыми из картин, которые я выложила.

Мне хочется спрятаться под столом.

— Это... другое. — Она проводит пальцем по ободку своего бокала с вином, просматривая каждый пост. — В уникальном смысле. У тебя и твоей матери даже разные стили. Это освежает.

Я проглатываю кусок фрикадельки.

— Правда?

— Да, любой, кто хоть немного разбирается в искусстве, может это увидеть. Хотя, я не более чем любитель, который покупает красивые вещи. — Она смеется.

— Нет, ты права. — Я выпускаю вздох. — Мама сказала это, когда мне было около девять, но я не послушала.

И я продолжала держать тайную обиду на нее, потому что думала, что она не передала мне правильные гены.

— Ты отличаешься от своих братьев, Глин. Брэн — день, Лэн — ночь. Ты более особенная, потому что в тебе смешалось и то, и другое.

Это были ее слова, и я упрямо отбросила их на задний план.

Мне нужно поговорить с мамой позже. Это уже давно назрело.

— Я рада, что ты наконец-то можешь слушать, — говорит она. — Не то что эти двое. Они никогда меня не слушают. Мне надо было родить девочек.

— Ты никогда не позволишь нам смириться с тем, что ни одна из нас не является девочкой, да? — спрашивает Гарет.

— Ну, нет. У Раи самые идеальные девочки-близнецы, а у меня нет.

— Ты права, мама. Килл должен был быть девочкой.

— Почему не ты, старший брат?

— Потому что ты выглядел милым, как дерьмо, в этом крошечном платьице в младенчестве.

— Мама! — Киллиан хлопнул тарелкой по столу. — Мы договорились, что никогда не будем говорить об этом.

— О чем говорить? — спрашиваю я, чертовски любопытно.

— Ну, видишь ли... — начинает Гарет.

— Не смей, — предупреждает Киллиан.

— Оставь это, Газ. — Говорит мистер Карсон.

— О, она может узнать. В конце концов, она единственная, кого Килл привел домой. Итак, Глин, ни для кого не секрет, что я всем сердцем хотела девочку, поэтому, когда я узнала, что беременна, я накупила всякой крошечной девчачьей одежды и милых платьиц для новорожденного.