Бог злости

Я позабочусь о его лекарствах, — говорит мне Гарет со своего неподвижного места около стене.

— Я хочу это сделать. — Мой голос смягчается. — И спасибо, что прикрыл Лэна.

— Я лишь оставил мяч в руках Килла, чтобы он мог лично разобраться с ситуацией, когда очнется. Кроме того, Нико — тип «сначала убей, потом задавай вопросы», так что он не должен быть посвящен ни в какие детали, пока не будет разработан план.

— Справедливо.

На некоторое время воцаряется тишина, прежде чем он говорит спокойным тоном:

— Ты серьезно беспокоишься о нем?

— А ты нет?

Воздух вибрирует от продолжительности его вздоха.

— Нет. Он позаботился о том, чтобы убить эту часть меня десять лет назад, когда использовал мое беспокойство, чтобы переложить вину на меня за то, что он сделал. Спойлер, хотя и не совсем, но именно это он в конечном итоге сделает с тобой. Любые благородные чувства, которые ты испытываешь к нему, будут извращены, очернены, фальсифицированы, пока не станут такими же темными, как у него.

— Этого не будет.

— Я тоже так говорил когда-то давно.

— Ты сказал, но не предпринял никаких действий, Гарет. Я не собираюсь притворяться, что я понимаю, каково это — расти с ним, но у меня есть брат, который похож на него. Он пытался разрушить все прекрасное в нашей с Брэном жизни, чтобы мы зависели только от него и жили по его указке, но видишь ли ты нас такими, как он? Ты видишь, как мы манипулируем, причиняем боль, полностью отказываемся от своей морали, только чтобы приспособиться к нему?

Он приподнимает бровь.

— Это должно быть укол в мой адрес?"

"— Это забота. — Мой голос смягчается. — Киллиан, Лэндон и мой кузен, Илай, родились другими. У них нет возможности испытывать эмоции, как у нас, и да, из-за этого они склонны причинять боль другим, не смыкая глаз, но они такие, какие есть. А ты не такой, Гарет. Ты решил стать таким же, как они, и если ты не видишь в этом ничего плохого, то мне тебя жаль.

— То есть ты хочешь сказать, что я должен принимать манипуляции, удары и чистую гребаную ненависть Киллиана и ничего с этим не делать, да?

— Нет. Но ты можешь поговорить об этом. Он обижен на тебя, потому что чувствует себя ниже тебя.

Он смеется со зловещим смехом.

— Может быть, ты говоришь о другом Киллиане, а не о том, который спит на этой кровати?

— Он слышал, как твой отец сказал твоей маме, что у них должен был быть только один сын. Это автоматически заставило бы его затаить на тебя обиду.

Между бровями Гарета появляется линия. — Он может лгать, чтобы получить твое сочувствие.

— Он всегда был честен со мной. Жестоким, но честным.

— А может быть, он хочет, чтобы ты в это поверила. — Он отталкивается от стены и направляется к двери.

— Гарет, — зову я его вслед.

— Да?

— Наша сделка отменяется.