Бог всегда путешествует инкогнито

— Панурговы бараны!

— Месье…

— А я говорю, все панурговы бараны! Этот журналист-недотепа лезет не в свое дело, а стадо идиотов, не давая себе труда подумать, бежит за ним. Они продают акции, и курс, ясное дело, кренится, и тогда другие несутся за ними следом, не рассуждая. Не рассуждая!

Эндрю знал по опыту, что во время таких выбросов эмоций патрона лучше вообще ничего не говорить и дать ему выпустить пар. Пока сам не замолчит. И потом, только потом, и то не всегда, он снова может стать благовоспитанным джентльменом, каким умеет быть в соответствующих обстоятельствах.

— И Пупон такой же баран, как и все! Уже три дня, как «Инвенира» от нас откололась, и три дня я пытаюсь взять быка за рога, звоню Пупону, чтобы уговорить этого болвана снова выкупить акции, пока курс низкий. Он, видите ли, недоступен! То есть якобы недоступен. Тряпка он, мужик без яиц! Да и неудивительно, с таким-то именем… И ведь ему это недорого обойдется. Пресса набила себе цену на наших вымышленных проблемах, и акции упали за три дня. Но у прессы кишка тонка, я вам говорю, она быстро выдохнется! И все ее выпады ничего не будут стоить!

Эндрю невозмутимо слушал, хотя терпеть не мог, когда его патрон, и без того способный на всякие языковые излишества, позволял себе просто откровенную похабщину, если ситуация выходила у него из-под контроля.

Стоически вытерпев монолог и поняв, что гнев поутих, он попытался осторожно сменить тему:

— Господин президент, я уже созвал, по вашей просьбе, ближайшую генеральную ассамблею, и…

— Подождите с вашей генеральной ассамблеей, не она в первую очередь меня заботит! Я потерял самого крупного из акционеров, и курс акций далек от того, чтобы подняться. Очень мне надо талдычить об этом трем бездельникам, что явятся, потому что им больше нечем заняться. Можно подумать, это что-нибудь изменит. И вообще, если бы наши хреновые законы меня не обязывали созывать ассамблею, я бы ее отменил.

— Месье прав: закон предписывает созывать ассамблею каждый год.

— Ах, акционеры, ах, акционеры! Красивое словцо для обозначения трех дедушек, которые делают свои дела на Бирже и надеются, что это им принесет больше дохода, чем обычная сберкасса. В конце концов, на ассамблею никто не ходит, кроме болванов, считающих себя важными персонами, потому что владеют пачками акций.

— Э… я полагаю, что их будет гораздо больше, чем вы думаете, господин президент. Мы с каждым днем получаем все больше и больше подтверждений на наши просьбы явиться на ассамблею. Как раз об этом я вам и говорил позавчера: надо менять зал, потому что зал заседаний, который мы арендовали в отеле «Лютеция», будет мал.