Бог Разрушения (ЛП)

Однако сейчас Лэндон настолько погружен в свою задачу, что, я не думаю, что он замечает, как легко берет инструменты или закуривает одну сигарету за другой.

Примерно через час я устаю стоять, поэтому пытаюсь опуститься в сидячее положение.

— Нет, — он качает головой, хотя ни разу не взглянул на меня с тех пор, как начал. — Не порть все.

— Я устала, — показываю я, но он по-прежнему не смотрит на меня. Поэтому я щелкаю пальцами.

Ничего."

"— Давай сделаем перерыв. У тебя есть что-нибудь выпить? — спрашиваю я, но его разум, кажется, занят, сосредоточившись на своих пальцах и неподвижном предмете перед ним. — Я собираюсь немного отдохнуть, — я начинаю садиться, но он резко встает, заставляя меня остановиться как вкопанную.

Сейчас он смотрит на меня, но я бы хотела, чтобы он снова занялся статуей. Его темно-синий цвет глаз ничем не отличается от штормового океана, который вот-вот поглотит меня в своих глубинах.

— Я же сказал не портить ничего, разве нет?

— Не ты стоишь. Это утомительно и скучно, — показываю я с меньшей бравадой, чем обычно.

— Иди сюда.

— Зачем? — я осторожно показываю.

— Ты сказала, что устала, так что мы это исправим.

Я остаюсь прикованной к месту. Лучше простоять еще час, чем приблизиться к нему.

— Не заставляй меня приходить за тобой, Мия.

Он рычит мое имя.

Я медленно пробираюсь к нему, уверяя себя, что выцарапаю ему глаза, если он причинит мне боль. И сломаю ему член ради всего человечества.

Как только я подхожу к статуе, Лэндон притягивает меня к себе так внезапно, что воздух выбивается из легких.

Звук эхом разносится вокруг нас, когда он тянет меня вниз, так что я оказываюсь верхом на нем, прижавшись спиной к его груди. Я извиваюсь, когда чувствую твердые мышцы под собой. У меня никогда не было привычки находиться так близко к противоположному полу.

Мои предыдущие встречи оставляли желать лучшего и непоколебимое ощущение, что они были мальчиками.

Однако Лэндон — настоящий мужчина. Дело не в возрасте, а в том, как он ведет себя. Как прикасается ко мне так беззастенчиво, как будто это его право по рождению.

— Не двигайся, — шепчет он мне на ухо, вызывая мурашки. — Не вини меня за то, что произойдет, если ты это сделаешь.

Его рука обвивается вокруг моей талии, а ладонь обхватывает грудь статуи, пальцами поглаживая сосок.

Я содрогаюсь, затем проклинаю себя.

— Зачем ты продолжаешь это делать?

— Тсс, ни слова, — он подмигивает. — Если только ты не хочешь, чтобы я услышал твой голос?

Я показываю ему средний палец.

— Это последний раз, когда ты выводишь меня из себя. Сделай это еще раз, и я возьму дело в свои руки. Буквально.

Он закуривает сигарету и выпускает дым мне в лицо, как последний придурок.

Вскоре после этого его внимание падает на неподвижную статую.