Бог Разрушения (ЛП)

Я свободно говорю на пяти языках и еще на дюжине на разных уровнях. Язык жестов, однако, никогда по-настоящему не попадался мне на глаза.

Я не понимаю ничего из того, что пытается донести Мия, но все равно улыбаюсь и киваю.

— Судя по выражению твоего лица, ты не в восторге от резкого поворота событий. Я найду в себе способность сопереживать, когда мне будет не все равно.

Она опускает руку на стол и делает глубокий вдох. Ее попытка сохранить спокойствие выглядит хуже, чем у ребенка, и кажется до невозможности неэффективной.

С драматическим раздражением она стучит по экрану своего телефона ногтями, выкрашенными в синий цвет — как ее ленты и солнцезащитные очки.

— Полегче, тигрица, — я повторяю то, что сказал ей в ту ночь, когда она осмелилась спровоцировать меня и быстро подписала свидетельство о смерти. — Телефон не виноват в том, что ты проигрываешь эпическим образом.

Она сует телефон мне в лицо.

— Если ты посмеешь причинить вред моей сестре, я перережу тебе горло и подвешу сохнуть за яйца."

"Мое внимание переключается с текста на нее, когда она проводит указательным пальцем по своей полупрозрачной шее, которая выглядела бы неземной с несколькими отметинами. Затем она сжимает что-то воображаемое — предположительно, мои яйца — в своей ладони и указывает на меня.

Моя улыбка становится шире, когда я соединяю свой указательный палец с ее.

— Это какой-то телепатический метод?

Она отдергивает руку и показывает мне средний палец, при этом на ее лице тошнотворно милая улыбка.

Та, которая должна выглядеть не только фальшивой, но и натянутой.

Интересно.

Кажется, Мия Соколова без колебаний провоцирует меня, черт возьми.

Кажется, я наткнулся на кого-то, кто не особо восприимчив к моей божественной личности и безупречному обаянию.

С другой стороны, она бы не искупала меня в крови, если бы была такой.

Мия разыгрывает свою ладью, а я блокирую ее ход королевой, затем ставлю локоть на стол и прислоняюсь головой к кулаку.

— Мне любопытно.

Она печатает:

— Как стать лучше? Могу дать тебе парочку советов.

— Не смеши меня. Никто не интересуется чем-то настолько скучным, а ты далеко не тот человек, который может давать какие-либо советы, — я толкаю свою королеву вперед, ее глаза сужаются от неожиданного хода. — Однако мне любопытно, какова причина твоей атаки.

Черты Мии искажаются в выражении «ты издеваешься надо мной?», прежде чем она раздраженно качает головой. Это выглядит покровительственно, как у учительницы, которой надоел ее проблемный ученик.

Ее поведение до жути похоже на поведение моей сестры Глиндон, когда она говорит мне, как ей надоели мои выходки. Но поскольку мне скоро исполнится двадцать четыре, а ей всего девятнадцать, я получаю привилегии старшего брата.