Боец 3. Лихие 90-е

— По машинам!

И мы поехали, поменяв порядок машин в колонне. Танку так и пришлось рулить моей «девяткой», а я оказался в джипе рядом с Демидом. Ехали аккуратно, но быстро, время терять было нельзя.

— Ты вот что, — начал начальник инструктаж, — я же говорю, язык у тебя подвешен… значит, если что, выходим вдвоем, нормально так, вежливо, интеллигенты такие, б… Подходим: здрасьте! Прощенья просим, но нам очень сильно надо в город без проблем. Предлагаем решить вопрос на месте. И достаем бабки. Ну, это уже моя задача.

— А сколько их там может быть?..

— Да по такому часу не больше двух. А то и один. Проскочим — считай, вопрос решили. Дальше до «Спартанца» проедем закоулками, там уж ни один мент не остановит. Конечно, хорошо б и на мосту никого не было, да это уж как карта ляжет…

Час был еще ранний, но по мере приближения к Ростову движение на трассе становилось интенсивней. Вот уже показались вдали знакомые городские очертания…

Наш водитель слегка закашлялся, заерзал на сиденье. Даже в фигуре Демида возникло какое-то напряжение…

Хотя, может, мне это только показалось.

Ну, вот и Дон, вот и Ворошиловский мост. Ну…

Черт! Не повезло. Перед самым въездом на мост стояла белая с голубой полосой «восьмерка». Рядом, сложив руки за спиной, поматывая жезлом, стоял, смотрел на трассу высокий худощавый гаишник. Увидев нас, он оживился, прямо как охотничий пес стойку сделал. Руки расцепил, сделал шаг, требовательно вскинул жезл.

— Вот с-сука… — просипел водила.

— Спокойно, — проговорил Демид. — Главное, спокойно…

Танк включил правый поворотник, притираясь к обочине. Он проехал слегка дальше «восьмерки», так, что мы очутились совсем рядом с блюстителем и его машиной.

— Спокойно, э, — повторил Демид. — Боец, выходишь, и так культурно, интеллигентно говоришь… А я следом.

Мне очень не по душе был этот цирк, хотя я понимал, что всякое другое приведет нас в камеру. А это, простите, не вариант.

— Ладно, — и я вышел.

Гаишник, совсем молодой сержант, смотрел на меня ухмыляясь, с чувством превосходства. При малом опыте, наверняка даже он понял, кто мы такие, да не просто такие — на лобовом стекле «Паджеро» недвусмысленно зияла пулевая пробоина. Мент заглянул мне за спину — как раз на лобовое стекло.

— Та-а-ак, — протянул он.

— Товарищ сержант, — улыбаясь, начал я, переключая его внимание. — Вы нас простите, великодушно, но мы очень спешим. Большая просьба войти в положение. Вы, надеюсь, понимаете, что…

— Тебе в участке расскажут, кто тебе товарищ, — прервал он и потянулся к табельному оружию, к кобуре. — И в положение войдут. Так войдут, что ты сразу ляжки обдрищешь. Ну-ка…

И не договорил, что — ну-ка. Речь пресеклась, глаза остановились. Лицо вытянулось.

— Нехорошо говоришь, командир, — спокойный голос Демида.