Боец 3. Лихие 90-е

Краем глаза я глянул в зеркало — ага, «Паджеро» уже мчит за мной, а дальше и другие… и моя «девятка», значит, живой Танк, отлично!

— Толян… — странно произнес кто-то из парней."

"Мы летели уже со скоростью глубоко за сто, теперь я бросил взгляд на датчик температуры. Стрелка заметно уползла вверх. Ч-черт!.. Ладно, будем надеяться, что на отрыв от преследования нам радиатора хватит, а там уже решим.

— Толян! — заистерил голос сзади с надрывом, — братуха, ты чо?!..

— Чо, чо! — в ответ зашипел другой голос, злой и хриплый. — Х*й через плечо!.. Готов, не видишь, что ли?

М-да. Я заерзал на сиденье, вспомнил тоскливый взгляд того парня. Походу чувствовал браток предчувствие беды, оно ведь как — говорят, что перед смертью чувства особо обостряются… А ведь он сам сделал свой выбор. Никто не вкладывал ему в руку ствол и выживи он, не исключаю, что сам бы грохнул другого братка…

Сумерки стремительно заливали мир. Мы пронеслись мимо автозаправки, на шоссе появились встречные машины, так странно — вроде бы ничего и не было, жизнь как жизнь… И никто ведь не врубится, с хрена мы несемся куда-то выпучив глаза.

Сзади протяжно загудел клаксон, в зеркале заискрило вспышками. Я глянул — «Паджеро» отчаянно моргал дальним светом. Я включил правый поворотник, стал прижиматься к обочине.

— Чо делать-то? — потерянно бормотал первый голос. — Чо делать будем-то?..

— Заткнись, — злобно оборвал второй.

Я притерся к обочине, вышел. За мной притормозил «Паджеро», потом остальные, в том числе «девятка». Народ начал выпрыгивать из машин, все обалделые, взвинченные, перекрученные. Я бросился к «девятке»:

— Танк, братан! Ты как?! Живой?

Он радостно щерился во всю физию:

— Живой, еб*л я того рот, брат! И даже ни царапины. И машина без дырок, видишь, брат, ты кому надо доверил!.. правда, если по чесноку, я чуть в штаны не наложил!

Он было заржал, но вмиг спохватился:

— Сам-то как?! Не задело?

— Примерно так же, — усмехнулся я, только сейчас ощутив, как саднят содранные об асфальт правое предплечье и оба колена. Но тут же посерьезнел. — Нашего водителя вальнули и Толян… не знаю жив ли.

Танк промолчал, но улыбка также медленно сошла с его лица. Я похлопал его по плечу — судя по всему Танк знал убитого водителя.

— Боец! — окликнул кто-то. Я повернулся — меня словом и жестами подзывал Демид.

— Извини, брат, — я поспешил к начальству.

Видно было, что Демид тоже весь душевно перевернут, но старался он держаться хладнокровно, как подобает лидеру.

— Ну ты герой, — сказал он без улыбки. — Кроме шуток. Как сообразил прорваться?

Я пожал плечами:

— Ну, в данной обстановке это был наилучший выход… А вообще, это как-то само собой происходит, не объяснить.

— Ладно, — сказал он и зачем-то огляделся. — Потери у вас есть? — вернулся взглядом ко мне.