Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

— В конце концов, Фолкнер, я не уверен, что мне понравится вести ваше дело, — сказал Мейсон. — Независимо от того, кем является эта девушка, вы обедаете с ней и…!

— Не беспокойтесь за нее. Она совсем не заинтересована в том, о чем я буду говорить.

— А что же ее интересует? — спросил Мейсон.

— Только деньги.

— Ее имя?

— Сэлли Мэдисон.

— Она подцепила вас на крючок? — спросил Мейсон.

— Похоже, что да.

— А вы еще и приглашаете ее на обед?!

— Приходится. Давайте лучше о деле, и нечего беспокоиться о ней.

Дрейк бросил многозначительный взгляд на Перри Мейсона. Официант принес сладкий пирог и кофе, коктейль из креветок для Деллы Стрит и консоме для Гаррингтона Фолкнера.

За соседним столиком Сэлли Мэдисон закончила свой макияж. Она сидела с хорошо отработанным выражением нравственности, застывшем на ее лице. Казалось, что она не питала уже никакого интереса ни к Фолкнеру, ни к компании, к которой он присоединился.

— Не заметно, чтобы вы особенно волновались, — сказал Мейсон.

— О, нет, — поспешно ответил Фолкнер. — Она прекрасная молодая женщина. Впрочем, такими и должны, наверно, быть шантажистки.

Мейсон заметил:

— Если вы не собираетесь читать этот иск, надеюсь, вы позволите мне взглянуть на него.

Фолкнер передал бумаги через стол. Мейсон развернул их, пробежал взглядом и сказал:

— Этот Элмер Карсон утверждает, что вы неоднократно обвиняли его в преступных планах в отношении карасей, что обвинение фальшивое и было состряпано со злым умыслом. Карсон желает получить десять тысяч долларов в качестве компенсации за моральный ущерб и девяносто тысяч долларов за оскорбление личности.

У Фолкнера, казалось, интерес к обвинению, выдвинутым против него Элмером Карсоном, был весьма отдаленным.

— Нельзя верить ни одному его слову, — пояснил он.

— Кто он такой?

— Он был моим партнером.

— По разведению рыбок?

— Слава богу, нет. Серебряные караси — это мое хобби. У нас с Карсоном компания по недвижимому имуществу. Каждый из нас владеет одной третью акций, а остальные — в руках Женевьевы Фолкнер.

— Вашей жены?

Фолкнер прокашлялся и сказал с некоторым замешательством:

— Это моя бывшая жена. Вот уже пять лет, как я с ней в разводе.

— У вас с Карсоном дела не получаются?

— Нет. В последнее время он страшно изменился. Я поставил ему ультиматум, чтобы он продал мне свою часть компании. А он изворачивается, чтобы набить по возможности цену. Это все мелочи, мистер Мейсон. Я могу с ним справиться сам. Я хотел бы, чтобы вы занялись защитой моих рыбок.

— Речь идет не о клевете?

— Нет, нет. С этим все в порядке. В моем распоряжении десять дней. За это время многое может случиться.

— Вы имеете в виду шантажистку?

— Нет. С ней тоже все в порядке. Она меня не волнует.