Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

Другая сторона и суд позаботятся, чтобы ваши права были защищены. Если бы вы сохраняли терпение и молчание, то я поддержал бы возражение.

— Извините, ваша честь, у меня взвинчены нервы. Я хотела бы проконсультироваться с адвокатом прежде, чем отвечать на другие вопросы. Все это часть кампании шантажа с целью нанести ущерб моей репутации. Мистер Мейсон столько наговорил, когда мне вручали повестку. Я думаю, у меня есть право на адвоката. Мне сказали, что нельзя пользоваться повестками суда для того, чтобы привлекать к делу тех, кто ничего об этом не знает.

Хейл толкнул локтем Ивса и ухмыльнулся.

Судья Норвуд произнес: «Вы правы в своем общем понимании закона. Человек, которому известны какие-то факты по делу, обязан выступить свидетелем, когда его вызывают. Но нельзя никого затаскивать в суд с единственной целью… Пока воздержусь от дальнейших комментариев. Мистер Мейсон, вы имеете что-либо сказать?»

— Если она хочет адвоката, то надо согласиться, — сказал Мейсон.

— Хорошо, сейчас вы освобождаетесь от дачи показаний, — обратился судья Норвуд к Мэрион Китс. — Проконсультируйтесь с адвокатом и возвращайтесь сюда завтра в десять утра, если хотите, то с адвокатом.

— Вы хотите вызвать других свидетелей, мистер Мейсон?

— Я хотел бы завершить выступление со своей стороны, ваша честь, но есть некоторые технические вопросы, по которым обвинение оставило очень большие пробелы, улики, которые окружной судья посчитал, видимо, возможным опустить.

— О чем вы? — спросил Хейл. — Я ничего не опускал.

— Опускали. Вы не включили в дело кресло на колесах, в котором было обнаружено тело.

— Я включил улики по всем фактам, касающимся кресла. Само оно большое и громоздкое, поэтому я не видел причины, чтобы…

— Вот именно, — вмешался Мейсон. — Это кресло — одна из самых важных улик по данному делу, а окружной судья ограничился свидетельством шерифа о том, что в шинах кресла не было осколков стекла.

— Хорошо, — сказал Хейл. — Готов удовлетворить эту прихоть. Если он хочет включения кресла в дело, пожалуйста… Шериф, принесите, пожалуйста, кресло.

— То есть, вы хотите вновь открыть дело с вашей стороны? — спросил Мейсон.

— Да. Сейчас принесут кресло, и я включу его в дело в качестве улики.

— Очень хорошо.

Шериф принес кресло из комнаты для вещественных доказательств, что была рядом с залом суда.

— Вот оно.

— Хотите, чтобы шериф прошел на свидетельское место и присягнул? — осведомился Хейл.

Мейсон пожал плечами: «Если вы говорите, что это то самое кресло, то я согласен».

— Тогда все.

— Сейчас я хотел бы вызвать Сэма Барриса в качестве своего свидетеля, — заявил Мейсон.

— Вашего свидетеля? — удивленно переспросил Хейл.

— Вот именно.

— Хорошо, — согласился судья Норвуд.