Блондинка и брюнетка в поисках приключений

Вот что произошло: внезапно я поняла, что спина моя наткнулась вовсе не на стену, как мне показалось изначально, а на несколько иное препятствие, мягко и живое. В голове встревоженными пчелками роились спасительные атеистические мысли: может быть, это просто обитая бархатом стена? а может, это диванный полог? Да мало ли что это может быть!

Но звук, раздавшийся аккурат за моей спиной, порвал в клочья остатки моего прагматизма. Дыхание. Аккуратное, осторожное, будто бы слегка сдерживаемое, но все же вполне слышимое… и даже ощущаемое… Я чувствовала теплый очаг чужих выдохов на шее. Это дыхание вулканической воронкой выбрасывало наружу фонтан огненных мурашек, которые торопливыми потоками расползались по моему телу вниз.

– Мира, ну где ты там? – сонно простонала Настасья.

Я не знала, что ей ответить, боялась сделать только хуже. Я понимала, что действовать придется в одиночку. Несмотря на внезапный интерес к паранормальному, Настасья едва ли могла бы подсобить мне в налаживании контакта с обитателями параллельных миров. Скорее, ее истерический визг раззадорил бы привидение, как колышущееся красное полотно быка.

Сжав в кулаке рукоятку фонарика, я резко обернулась и выстрелила световым лучиком в того, кто находился позади. Рвавшийся наружу вопль ужаса обернулся застрявшим в горле хрипом – фонарный лучик беспокойно заметался по чему-то огромному, живому, бесформенному, белому…

И тут ожила Настасья. Она, видимо, решила посмотреть, что это я там копаюсь, но вместо этого ее взгляд наткнулся на третьего обитателя нашей спальни. Истошный вопль в черт знает сколько децибелов подбросил ее субтильное тельце вверх. Подпрыгнув на кровати, она ловко и резко скатилась с нее, словно капля воды с раскаленной поверхности утюга.

– Что это? Что это?! – орала она. – Мира, помоги! Ты где?!

– Здесь я, – выдавила я, отступая.

Вместе с голосом ко мне вернулась способность двигаться. Правда, руки и ноги все еще казались деревянными. Лотова жена, пробудившаяся от многовековой спячки и пытающаяся нащупать свое физическое место в пространстве. Я пятилась, пока не наткнулась на руки Насти, вытянутые вперед в жалком жесте самообороны.

– Оно в саване! – не унималась Настасья. – Ты заметила? Боже, теперь мы погибнем!

– Подожди, – я наступила ей на ногу, – давай попробуем с ним поговорить.

Белая колышущаяся масса медленно надвигалась на нас. Настасья закрыла глаза ладонями, как маленькая девочка, которая искренне верит, что добровольное лишение зрение делает невидимой и ее. Я инстинктивно дернулась в сторону, стукнулась бедром о край туалетного столика и вдруг вспомнила о лежащей на нем кочерге.