Близняшки от босса. Сердце пополам

Им интересно, как прошло собеседование. Но по моему разбитому виду многие сразу догадываются о его неблагополучном исходе.

За спиной звучат ехидные перешептывания, но я не обращаю внимания. Плевать мне и на заместителя босса, который внезапно появляется с каким-то важным объявлением. Все равно его голос теряется в поднимающейся буре возмущений. Слова тонут в море вопросов.

Не слушаю ничего. Стремительно мчусь к лифту.

И как только дверцы закрываются, позволяю себе заплакать. Расклеиваюсь буквально на доли секунды, чтобы потом опять собраться.

Выхожу в холл и по пути достаю телефон. Подключаюсь к интернету «Шторм Медиа» — хоть какой-то толк от того, что я здесь. И отправляю свое резюме Марку Туманову. Он — генеральный директор второго крупнейшего медиахолдинга в нашей стране и главный конкурент Шторма. Надменный, требовательный, высокомерный. Так охарактеризовала его редактор, но контакты дала на всякий случай. Я до последнего не хотела идти к нему работать, ведь ни одна помощница не задерживалась у него дольше месяца.

Но выбора не остается.

«Письмо доставлено», — сообщает приложение электронной почты. И я вздыхаю тяжело, будто только что сама себе приговор подписала.

Иду на автобусную остановку, терпеливо жду свой транспорт.

Но по дороге домой вдруг решаю выйти раньше, чтобы заглянуть в лучшую кондитерскую города. И купить что-нибудь для моей булочки. Правда, на последние деньги.

Надеюсь, Туманов мне не откажет. Я же сделаю все, чтобы зацепится в его компании дольше, чем на месяц. Не повторю своих ошибок.

Полная решимости и надежды, вздергиваю подбородок. И с улыбкой открываю дверь кондитерской. Слуха касается мелодичный звон колокольчика, а в нос проникают ароматы выпечки. Желудок сводит от голода, но я, как заядлая мазохистка, делаю глубокий вдох. И заранее знаю, какой тортик выберу сегодня для моей Риты. Еще свечки возьму и воздушные шары.

Мечтательно смотрю на прилавки и подхожу ближе к кассе. Перевожу взгляд на людей, что стоят передо мной, и нервно сглатываю, уткнувшись в знакомую спину. Именно этот затылок я гипнотизировала в лифте несколько часов назад.

Но что здесь делает Вадим Шторм собственной персоной?

— Какой фэмили-лук, Лен? Какая фотосессия? Почему Аля орет так? — рычит он в трубку, и мне хочется сбежать. — Оставь ребенка в покое. Я меньше чем через полчаса приеду, и если…

Обрывает угрозу, потому что подходит его очередь. Я же лихорадочно соображаю, как поступить: уйти по-тихому или остаться и сделать вид, что мне все равно? Честно говоря, никаких моральных сил на эти игры не осталось. Впрочем, я ведь не буду работать с ним, чего беспокоиться?

— Мне нужен торт для годовалой дочки, — не до конца оправившись после нехорошего разговора, грозно бурчит Шторм.