Близится буря

— И как же ты отсюда выбираться собирался?

Вообще-то у меня есть откровенное желание Фому прямо здесь убить, и он это даже видит, но, как и я, понимает — не сделаю я этого, даже пытаться не буду. И для него, и для меня самое важное — отсюда выбраться, а дальше разберемся.

— Один бы не смог, а вот ты мне поможешь. — Фома ловко поднялся на ноги, повернулся ко мне левым боком. — Засунь руку за пояс моих штанов у самого шва, там сам поймешь.

Пришлось поманеврировать, но как-то пристроились. Удалось нащупать что-то вроде вытянутого плоского треугольника в потайном кармашке, с петелькой снаружи. Зацепил большим пальцем, потянул — и вытянул. Такой маленький ножичек, каким сразу порезаться успел, настолько острый. Ну да, и такой, что хрен найдешь, не раздевая пленного: в этом месте что-то подобное даже нащупать трудно, почти что невозможно.

У меня, правда, что-то вроде полотна пилки сзади в поясе штанов, но об этом я пока умолчу. Думаю, что у местных тюремщиков с такой публикой, как Фома или я, опыта немного. Здесь, похоже, провинившихся рабов держат, а если даже на пиратский опыт поправку брать, то там пленных не столько стены держат, сколько невозможность с самого острова сбежать. Им же судьба в рабы, а раб — он сам по себе ходит, и к острым предметам у него тоже доступ есть, так что не тем его держат.

А вот Фома всегда рассматривает возможность, что где-то поймают его, попадется он кому-то, кто его не любит. И я такую рассматривал, потому что не рассматривать невозможно, работа такая.

— Достал? — спросил Фома и чуть нагнулся вперед, поднимая связанные руки. — Режь.

— Ты режь, — усмехнулся я. — Ты первый.

Никогда нельзя быть слишком осторожным. Я ему руки развяжу, а он мне глотку перережет. Может быть такое? А хрен его знает, но если сомневаешься…

— Параноик, — опять ухмыльнулся он. — Давай пластину, я тебе разрежу.

С веревкой он справился быстро, разве что еще в двух местах мне руку покромсал, хоть и не сильно. Затем я забрал пластину у него, глянул — ну да, такой плоский микронож, острый как скальпель, с кольцом под два пальца, овальным таким. На указательный со средним надел, большим уперся — и вполне в руке держится. Не встречал ничего подобного покуда. Надо бы и себе такой завести, может быть, — предосторожности лишними не бывают.

Веревку на запястьях Фомы я разрезал за несколько секунд, затем он, обернувшись, протянул руку:

— Нож отдай.

— Как скажешь. — Я стряхнул ножичек с пальца ему в ладонь, отступил назад, сунул руку в ворот рубахи, нащупал рукоятку своего и вытащил его. — Этот побольше будет.

Фома удивленно усмехнулся, покачал головой, затем сказал:

— Садимся, теперь только ждать нужно.