Отрок. Ближний круг

Войдя в дом, Нинея распорядилась:

– Неждан, Снежана, помогите Глебу баньку приготовить, помыть кое-кого надо будет, – при последних словах волхва улыбнулась, и Мишка готов был поклясться, что улыбка ее была, как принято выражаться, сладострастной. – Садись, Мишаня, кваску с дороги испей.

– Баба Нинея, помнишь, ты как-то говорила, что есть способ Юльку… то есть Людмилу, удержать, чтобы она не ушла… как бы это сказать…

– Помню, Мишаня, помню, – Нинея уж и совсем разулыбалась. – Почуял бабкино настроение, негодник этакий? Почуял, я вижу. Эх, был бы ты девкой… А способ простой, никакого секрета тут нет. Влюби ее в себя! Мы, бабы, ради любви… Влюби, одним словом, да так, чтобы она про все забыла. Сможешь?

– Не знаю… она, кроме лекарских дел, и думать-то ни о чем не может.

– Ничего, скоро сможет, да и подумывает уже. По-детски, глупо, но подумывает – время пришло. И не думай, что если она лекарка, то смотрит на все это иначе, нет, женское в ней все равно свое берет. Разочарован? Думал, что я тебе зелье приворотное дам или заклятью научу?

– Нет, про заклятья она и сама все знает, этим ее не возьмешь, а зелья я и сам у тебя не взял бы.

– Тогда почему недоволен?

– Как-то у тебя, баба Нинея, получается… вроде как собаку приручить. И еще одно… не знаю, как сказать. Понимаешь, лекарское дело для Людмилы – сама жизнь. Если я даже и смогу… Вот ты намекнула, что бабы ради любви чуть ли не на все готовы…

– Не чуть ли, а на все! – поправила Нинея.

– Но ведь и проклинают потом… любовь эту.

– Бывает, – волхва согласно кивнула. – И частенько бывает. Но потом.

– А я не хочу, чтобы Юлька… чтобы Людмила прокляла. Вдруг она дара лекарского лишится? Что ж ей, головой в прорубь?

– Влюбился! – тоном врачебного диагноза произнесла Нинея. – Это ты зря – намаешься.

– Уже маюсь, баба Нинея, – Мишка совершенно искренне вздохнул. – Вроде и не красавица, характер вздорный, а присушила. Не поверишь, лавочку возле лазарета поставил, каждый день там сижу.

– Пропал, добрый молодец! – бабка, продолжая улыбаться, сочувствующе вздохнула. – Ничего-то ты с ней теперь не сделаешь – ни влюбить в себя не сможешь, ни характер мужской показать, ни пристрожить соплячку…

– Ее пристрожишь… да и характер показывать… Бесполезно, баба Нинея, у нас же мысли общими делаются, когда «сливаемся»…

– Что?!! – улыбку с лица Нинеи как ветром сдуло. – Вы что натворили, паршивцы?! Я же предупреждала: есть грань, за которую простым смертным ходить нельзя! Допрыгался? Как козла тебя теперь на веревочке водить будут! Радуйся, что пока она сама еще дите, мало что понимает.