Отрок. Ближний круг

На суд воеводе его отдавать не за что – он против нас ничего не творил, держать его у нас дальше незачем – все, что мог, он уже рассказал. Отпускать вроде бы глупо, да и не должны такие подонки жить. Не знаю. Вернется Алексей из Ратного, что-нибудь решим.

– А если пойдете за болото, может, его проводником взять?

– Я бы не взял, нельзя таким верить. А чего ты-то о нем так печешься? Хочешь, я его тебе для учебы отдам? Отрежешь чего-нибудь, подлечишь, опять отрежешь, а помрет…

– На тебя не угодишь: и то тебе не так, и это не эдак.

– Минь, а отдай его Нинее.

– Ага. Она говорила, что можно у человека часть жизни забрать и себе прибавить. Очень посмотреть хочется – выйдет у нее или нет.

– Юль! Это же медленное убийство! По капле жизнь из человека тянуть…

– А в погребе гноить не медленное убийство? Или не ты сейчас говорил, что такие жить не должны? Он же людей на колья сажал, девок у родителей забирал! А что он еще творил? Думаешь, во всем вам признался?

– Юль, ну зачем тебе это?

– Как зачем? Представляешь, если этому научиться можно? Случись много тяжело раненых, так, что со всеми не управиться, берешь кого-нибудь из пленных поздоровее и привязываешь его рядом с тем, кто уже совсем от ран изнемог. И пусть поддерживает раненого, пока у лекаря руки до него не дойдут.

– Все равно, как то это… нехорошо, что ли…

– Да что ты мямлишь? Хорошо, нехорошо. Знала бы, так сама отвела, тебя бы не спрашивала!

– Сама бы пошла к Нинее?

– Ну, не хочешь, как хочешь! – Юлька рассержено фыркнула и скрылась за дверью лазарета.

ТАМ у Михаила был сосед по подъезду, который по выходным целыми днями сидел с удочкой на берегу реки Екатерингофки. Когда по пути домой ему попадался кто-то из знакомых и интересовался результатом рыбалки, любопытствующему демонстрировалась пол-литровая банка, в которой плавало нечто «ихтиологическое», зачастую кверху брюхом. На обычный в таких случаях вопрос: «Кошке несешь?» следовал неизменный ответ, повергавший собеседника в изумление: «Жене!»

В воротах Нинеиной усадьбы Мишку встретил старший внук волхвы Глеб.

– Здравствуй, Глеб! Бабуля дома? Я ей подарок привел… – Мишка кивнул на Иону, которого тянул на веревке позади Зверя.

– Здравствуй, Мишаня! Сейчас позову! – отозвался Глеб и вприпрыжку побежал к крыльцу.

– Боярич, не губи! – заныл Иона. – Не отдавай колдунье. Ты же отпустить обещал!

– А ты сказал, что возвращаться не можешь, потому что смерть лютая тебя ждет, – парировал Мишка, спешиваясь. – Вспомни лучше, сколько ты сам душ невинных загубил.