Ближний Круг

На улице наверняка уже слышат звуки побоища. Надо ускоряться.

Спинку опрокинутого кресла пробила пуля — в сантиметре от моей головы. С карабином наизготовку я вскочил на ноги.

— Да он сам дьявол! — истошно заорал Федот. — Стреляй его, Колька! Стреляй!

Колька послушно выпалил из револьвера — одновременно со мной. Мой выстрел оказался более метким. Мне всего лишь обожгло левое плечо, а Колька рухнул на своего поверженного товарища.

Как и рассчитывал, я сумел управиться без всякой магии. Федот остался один.

Понял он это, вероятно, только сейчас — побелел так, что куда там наколдованной Надей маске. Трясущимися губами пробормотал:

— Фантомас. — Надо же, как удачно слово подвернулось. Надо будет выяснить у Нади, что оно означает. — Веди меня к сейфу.

— У меня нет сейфа! Я современный предприниматель! Все сбережения храню в банковской ячейке!

Я молча перезарядил карабин. Пояснил:

— Стрелять буду по локтям. Колени тебе пригодятся, чтобы довести меня до сейфа. Но по локтям — тоже очень больно, поверь.

Я взял карабин наизготовку. Часть денег Федот, возможно, действительно хранит в банке. Но чтобы у такого упыря, как он, не было дома согревающей душу сокровищницы — в это я ни за что не поверю. Упырей за свою жизнь навидался достаточно. Спросил у Федота:

По его лицу покатились слёзы. Ему было очень жаль расставаться с деньгами.

— Не губи, кормилец!

Я подошёл к Федоту и взял его за шиворот. Приказал:

— Веди. — Стрелять, как обещал, на самом деле опасался. Если Федот поймает болевой шок, разыскивать его сокровищницу самостоятельно я буду долго.

Федот, обливаясь слезами, вышел из бильярдной. Ушли мы недалеко — за соседней дверью оказался кабинет.

Федот подошел к книжному шкафу. Потянул на себя один из томов. Секция шкафа выехала вперед.

Она оказалась бутафорской — панель толщиной сантиметров пять, задекорированная спереди корешками книг. Панель отворилась в сторону, как калитка. За ней я увидел нишу, в которой стоял приличных размеров сейф. Поторопил Федота:

Он принялся крутить колёсики, выступающие из дверцы. Когда цифры на колёсиках выстроились в нужном порядке, щёлкнул замок. Дверца открылась.

Сейф был набит пачками денег доверху. Что ж, на что-то подобное я и рассчитывал. Предусмотрительно захватил с собой наволочку, снятую с Костиной подушки.

Такой человек, как Федот, мог хранить в сейфе ещё и оружие. К этому я был готов, перед тем, как открыть дверцу, заставил Федота отойти. Но оружия внутри не оказалось. Помимо денег, там лежали только часы. Золотые, на цепочке, с открывающейся крышкой.

— Фамильная реликвия, — указывая на них, простонал Федот. — Единственная память о покойном батюшке! Дозволь хоть их оставить!

Я взял часы, бросил ему.

Федот поймал часы. Жадно, словно голодающий — кусок хлеба.