Держи врага ближе

- У меня тоже есть мечты, но как им сбыться? – спрашиваю тихо у стайки крылатых младенцев, изображенных на потолке храма. – Не то, чтобы я действительно хотела продолжать такую жизнь. Но сейчас не время. Как бы не было мерзко, мне от отца не уйти и не отречься, нужны его статус и сила, и сбросить маску наглой злобной девицы тоже нельзя…

«…потому что по-другому заставить сюжет идти так, как нужно, не получится» - продолжаю про себя: «Потому что в будущем мне нужно будет сделать вещи и похуже…»

- Вы же боги…как мне поступить? Молчите? Вы всегда молчите.

Давлю усмешку и прикрываю глаза.

- Свет, тьма…я уже выбрала свой путь, пусть и не знаю, верный ли он. Хотя, ничего абсолютно верного в мире нет…

Просыпаюсь от того, что чувствую на себе чужой взгляд.

Резко сажусь, и выдыхаю, когда обнаруживаю стоящего рядом священнослужителя.

- Хорошо спалось? – улыбается молодой человек в светло-голубой рясе.

Озираюсь, в витражные окна бьются яркие лучи утреннего солнца. Сколько я спала? Не помню, когда именно уснула. Да уж, где только не приходилось мне ночевать, но в священной обители богини – это впервые.

Что за конфуз, меня разбудил священник!

Он улыбается и качает головой.

Светлые волосы и карие глаза, из которых так и лучится не присущая обычным людям доброта.

- Не стоит. Храм – место для заблудших душ.

Хмурюсь, есть в мужчине что-то такое знакомое... Хотя, среди святош у меня приятелей нет и не было никогда.

Поднимаюсь на ноги и еще раз всматриваюсь в по-детски наивное и добродушное лицо молодого священника. Не будь он на службе у богини, уверена, отбоя от девушек у него не было бы. И все же, есть вокруг него какая-то возвышенная, совершенно неземная аура. Она и держит на расстоянии. Такую вызывающую раболепие чистоту не хочется портить своими грязными руками.

- Э-м-м, мне уже пора идти, - говорю робко.

Храмовник одаривает благодушным взглядом и кивает с улыбкой на устах.

- Пусть путь ваш будет без преград.

Вздрагиваю и иду прочь, не оглядываясь и ускоряя шаг. Стоило на скамейке в парке ночевать. Сбрасываю с себя невольную дрожь, выходя под лучи припекающего с самого раннего утра солнышка, оставив святилище позади. Ноги моей больше не будет в храме снова. Такое чувство, что сделала что-то очень неправильное, хотя всего лишь прикорнула в святыне и попалась.

Караулю возле дома и когда отец в экипаже с сопровождением в виде Престона и десятка вооруженных громил покидает резиденцию, смело шагаю вперед.

Ввожу дворецкого кратко и без подробностей в курс дела и поручаю заботы о приюте. Олдо поначалу удивлен моему резко пробудившемуся альтруизму, но кивает и улыбается, во мне расцветает уверенность, что это решенное дело, одной заботой меньше.