Ближе, бандерлоги!

 — Я вас этим откровением разочаровал?"

"— Наоборот, — энергично сказал Плынник, такое впечатление, с воодушевлением. — Значит, зашевелилась армия? Ну, пусть флот это, в конце концов, все равно…

— Некоторое шевеление имеет место быть, — кивнул Лаврик.

— Зашибись… Наконец-то. Вот только на кой вам австралийские паспорта? — он смущенно фыркнул, покрутил головой. — Извиняюсь. Конечно, кто бы ответил… Значит, так надо… — и он тут же поторопился добавить: — Нигде ни словечком не указано, что я поступаю к вам в подчинение, речь наверняка будет идти о совместных действиях…

Парень не лишен здорового честолюбия, подумал Мазур. Что, в общем, сплошь и рядом не вредит делу. Особенно здесь, где он привык исполнять роль местного страшилы, той самой щуки, не склонной спускать карасям, которые, вопреки поговорке, вовсе не дремлют, совсем наоборот…

— Ну, разумеете, — сказал Лаврик. — Считайте, что нас прислали немного подмогнуть, и это будет чистая правда. У нас тут есть и свои дела, если быть точным… А потому опустошим еще по рюмочке нектара, благо для всех присутствующих — доза детская. И начнем брать быка за рога…

Он аккуратно разлил по рюмкам, потом решительно вогнал большим пальцем пробку и поставил бутылку под стол:

— Чтобы не маячила и не смущала. А прикончить можно будет потом… Итак. Насколько я знаю, Департамент охраны края решил обустроить таможни по административной границе?

— Вот именно, — сказал Плынник, сразу став угрюмым и собранным. — В рамках, изволите ли видеть, независимости. Пока что запала и сил у них хватило только на шесть, для остальных только еще подбирают подходящие местечки — но эти шесть начали обустраивать всерьез. С вывесками, шлагбаумами и тому подобным. Специалистов у них нет, так что многое выглядит довольно топорно, но вот намерения самые решительные… А я им эту малину намерен всерьез обгадить.

— Если не секрет, санкция начальства есть? — небрежно спросил Лаврик.

— Нет, конечно, — почти не промедлив, сказал Плынник. — У меня ее сплошь и рядом нет. Просто в силу некоторых нюансов начальство иногда на многое смотрит сквозь пальцы. И теперь так сделает. Незалежные таможни — это уже чересчур. Нужно их вдребезги и пополам, чтобы поняли: что бы ни творилось, а таких забав им никто не позволит. Что бы они себе в голову ни вбили, здесь — Советский Союз. И советские законы никаких таких таможен не предусматривают.

— Это точно, — с усмешечкой сказал Лаврик. — Вот мы вам немножко и поможем. Совершенно неофициально. Нас как бы нет. Вообще, нас обычно никогда нет — так, мираж, виденьице, оптический обман зрения…

— Я бы и сам со своими парнями прекрасно справился, — сказал майор с ноткой легкого упрямства.