Севастопольский блиц

– Я лечу, – сказала Лилия, – я очень хороший лекарь, все могу вылечить, даже старость; все, кроме смерти – но этого не может никто, даже мой дядюшка.

– Да кто же ты, прелестное дитя? – спросил граф, вставая с кресла и оборачиваясь.

Наша мелкая божественность приняла свой самый важный облик и, отставив в сторону ножку, возгласила:

– Я Лилия, богиня первой юношеской любви, с раннего детства хотела стать врачом, но медицинскую поляну у нас на Олимпе застолбило семейство Асклепия, а меня заставили возиться с сопливыми влюбленными. А там глаз да глаз нужен. Только отвернешься – и готова трагедия… Ромео и Джульеты. С тех пор я этому Асклепию страшно мстю. Он лечит людей и богов задорого и плохо, а я, значит, наоборот – бесплатно и очень хорошо. Не так ли, папочка?

– Да, – кивнул я, – это так. Несмотря на свою внешность маленькой девочки, Лилия действительно очень хороший врач и способна вылечить от любой болезни, даже от старости. Это ее услуги я предлагал Великой Княгине Елене Павловне…

– Понятно, госпожа Лилия, – кивнул граф и тут же, нервно сглотнув, спросил, – а… сколько времени займет сие лечение?

– Примерно месяц полной отрешенности, медитаций и молитв, – ответила Лилия и вздохнула, – быстрее нельзя. Тот, кто спешит в этом деле, раньше времени попадает в объятия Аида, несмотря на свежеобретенную молодость. К сожалению, таковы правила, и придумала их совсем не я…

– Очень жаль, – ответил граф, – что у меня сейчас нет возможности отвлечься на целый месяц, так как мне необходимо выполнить несколько важных поручений моего государя.

– Ветерок (ерунда), – ответила Лилия, – просто стойте ровно и не дергайтесь.

После этого она, подойдя вплотную к Алексею Федоровичу, привстала на цыпочки и коснулась указательным пальцем середины его лба. Раздался звук «Динь-нь-нь», вокруг графа закружили золотые и фиолетовые искры, запахло фиалками.

– Вот и все, – сказала Лиля, – а вы боялись. Теперь вас хватит на поручение любой сложности и после него еще останется солидный запас сил…

Граф вдруг повел плечами, громко хрустнул костяшками пальцев и с удивлением сказал:

– И вправду, будто тридцать лет с плеч сбросил. Благодарствую тебе, госпожа Лилия.

– И Вам, Алексей Федорович, тоже спасибо на добром слове, – отдарилась книксеном Лилия, – Только Вы не забывайте, что все это временно, и как только вы закончите с вашими делами, вы должны будете немедленно прибыть ко мне для сеанса настоящего лечения. И не увиливайте. Вы нужны своей стране и своему государю молодым, бодрым и полным сил. А сейчас прощайте…

Хлоп! – и никакой Лилии в моих апартаментах уже нет. Отправилась по другим своим делам.