Севастопольский блиц

Помня о странном образе мыслей русских, я лишь хотела знать: ради чего все это? Может быть, это какой-то чудовищный эксперимент и всем нам в конце концов суждено погибнуть ужасной смертью? Однако я не высказывала своих соображений вслух. Я по-прежнему улыбалась и подбадривала своих подопечных; я не могла по-другому. Помогая другим, я находила покой для своей души. Я обретала Благодать…

Когда наших раненых разместили соответственно состоянию каждого, у меня выдался нечаянный отдых. Одна из остроухих бесстыдниц провела меня в светлую комнату и, указав на уютную кровать, показала жестами, что я могу прилечь. Я последовала ее рекомендации. Оставшись одна, я вдруг осознала, как смертельно устала… Странно было думать, что сегодня у меня не будет необходимости делать вечерний обход больных с масляной лампой в руке… с ними будет все в порядке. И это хорошо; но одновременно с радостью в мое сердце стала заползать непривычная пустота. Впервые мне подумалось: если вдруг необходимость спасать, лечить и ухаживать исчезнет, как я буду ощущать себя? Вот, сегодня мне предоставлен отдых, мои больные получают надлежащий и качественный уход многочисленного и квалифицированного персонала – и, казалось бы, я должна только радоваться этому. Но на самом деле мне неуютно и беспокойно…

Потом я вроде бы заснула на несколько часов. А когда открыла глаза, в окно смотрела ночь. В комнате было приятно: не жарко и не холодно, и чувствовала я себя вполне выспавшейся и бодрой. Несколько минут я лежала, прокручивая в голове события сегодняшнего дня. Тело жаждало привычной деятельности, но заняться было нечем. Наконец, поняв, что больше не усну, я встала и вышла на воздух. Душная ночь знойного юга обдала меня сладкими дурманящими ароматами… Где-то вдалеке горели разноцветные огни, ветер доносил звуки быстрой музыки, голоса и смех. Там веселились, праздновали победу над Британией…

Я осмотрелась. Я стояла на террасе с резными колоннами. Приглушенный мягкий свет пробивался непонятно откуда: казалось, вся эта терраса издает свечение. Я посмотрела на небо и обомлела: таких близких и пушистых звезд мне видеть еще не приходилось. К тому же созвездия в вышине были не совсем привычны моему глазу. Испытывая смесь тревоги, растерянности и благоговения перед величием Божьего творения, я приготовилась помолиться, как вдруг заметила в конце террасы какое-то движение. С бьющимся сердцем я всмотрелась в том направлении и… О Боже! Ко мне приближалось рогатое существо… Я отчетливо видела его силуэт на фоне светящейся галереи. Судя по фигуре и манере двигаться, это тоже была женщина. Это не особенно успокоило меня, так как внезапно я обнаружила, что у этого существа имеется еще и хвост…

Я застыла. Все молитвы вылетели у меня из головы.