Блестящая партия

— Забыв обо всем? — переспросил Френсис с плотоядной усмешкой. — Это что, обещание?

После десятиминутной езды Френсис забрал у мальчика вожжи, повернул сани и поехал назад. Когда они подъехали к повозкам, Джорджина выпрыгнула из саней и высадила Джонни.

— Ты отлично правил.

— Спасибо, миледи. Спасибо, дядя Френсис.

Джорджина даже не взглянула в сторону Джона Расселла, но знала, что он наблюдает за ней. Когда она снова уселась в сани, Френсис спросил ее голосом соблазнителя:

— Не хотите сесть ближе ко мне и править лошадьми, леди Джорджина?

Она улыбнулась лучезарной улыбкой:

— Мне хотелось бы этого больше всего на свете.

Френсис подоткнул меховую полсть вокруг ее бедер, помахал рукой брату и подмигнул ему.

Джона охватило отчаяние. Он заметил, что она улыбнулась Френсису, как улыбаются близкому человеку, как его брат прикасается к ней с видом собственника, и убедился, что они почти влюблены друг в друга.

Вернувшись в Уоберн, Джон и его сыновья почти весь вечер помогали мистеру Берку и прислуге устанавливать ель в просторном холле и украшать. Они помогали служанкам носить полные охапки сосновых веток, плюща, падуба и омелы. Мистер Берк поднялся на чердак и принес елочные украшения, гирлянды, колокольчики и множество красных лент.

В тот вечер после обеда сыновья Джона заворачивали подарки и укладывали под елку. Они отправились спать усталые, но счастливые и возбужденные из-за предстоящих праздников. Джон был страшно рад, что его мальчики больше не охвачены горем; судя по всему, они постепенно приходили в себя.

Но ночью Джону стало крайне не по себе. Он спустился в библиотеку, чтобы взять книгу, но ни одна не вызвала у него интереса. Он прошел в комнату, где хранилось старинное оружие, стал рассматривать копья, булавы, пики и щиты, которыми пользовались во время войн в течение многих столетий. Он посмотрел на коллекцию шпаги пистолетов, принадлежащую брату; кое-что вызвало у него восхищение. На столе, стоявшем у одной из стен, на синем бархатном покрове с серебряной вышивкой по краям были разложены ножи и кинжалы.

Обычно он способен был провести в этой комнате не один час, рассматривая оружие, но сегодня его мысли были заняты Френсисом и балом-маскарадом в Кимболтоне. «Ты не в силах пребывать в незнании, да?» — язвительно спросил он у себя самого. Ответ он знал. Знал, что не ведать ему покоя, пока он не увидит все собственными глазами. «Так поезжай же! Что тебя останавливает?»

Джон убрал со стола кинжалы и стянул с него скатерть. Снял со стены меч и небольшой круглый щит и отнес все к себе в спальню. Там он надел черные панталоны до колен и высокие сапоги для верховой езды. Прорезал дыру в синей бархатной скатерти, достаточно большую, чтобы пролезла голова. «Вполне сойдет за плащ.