Блатные псы

– Кого убить могут? – спросила она, с опаской глянув на него.

– И что, ты будешь ждать, пока ее убьют?

– Работа у нас такая, мы по факту работаем… – вздохнул он. – Убили – работаем, не убили – отдыхаем…

– Знаю… Но мы же не ясновидцы, может, Каштанову любят сейчас, а не убивают. Нас потом самих вылюбят, если мы к ней сунемся. Поверь, она больше всех орать будет…

– Все равно неправильно. Она же человек, ее спасать надо…

– Так в том-то и дело.

Кустареву и самому не нравилась эта ситуация. Полиция на опережение работать должна, причем невзирая на препятствия и отговорки… Гриша не собирался выходить из машины, но душа рвалась на подвиг, может, потому он и коснулся пальцем рычажка на двери.

– Ты куда? – всполошенно схватила его за рукав Юля.

– Ну, кто-то же должен остановить безобразие…

– Тебе нельзя! У тебя ранение! И оружия нет! Не пущу! – вцепилась она в него двумя руками.

– Кто-то другой должен остановить? – уныло усмехнулся Гриша.

– Да, кто-то другой! – Юля ничуть не сомневалась в справедливости такого решения.

Позвонил Ожогин, сказал, что выезжает вместе с Ляховым. Только Кустарев опустил телефонную трубку в карман, как открылись ворота, и со двора выехал знакомый «Форд». Иван из машины выходить не стал, ворота за него закрыл среднего роста мужчина с маленькими крысиными глазками, разделенными крупным, в форме сливы носом. Прежде чем сесть в машину, он бросил взгляд по сторонам. К счастью, «Сузуки» стоял достаточно далеко, чтобы обратить на него внимание.

«Мондео» не проседал на задние рессоры, на дорогу выехал уверенно, быстро набрал ход.

– За ним? – спросила Юля.

– Не знаю, – пожал плечами Гриша.

Окна у «Форда» были слегка затемнены, в допустимых пределах, и он бы заметил Каштанову, если бы она сидела на заднем сиденье. А если бы она там лежала, машина не показала бы легкость хода, масса-то у нее немаленькая.

Иван уехал с каким-то мужчиной, возможно, в доме, помимо Каштановой, еще кто-то оставался. Если так, то лучше не соваться во двор.

Но все-таки Гриша вышел из машины, и Юля не смогла его остановить. Он с осторожностью, но торопливо подошел к забору, через щель между досками заглянул во двор. Собака сначала почувствовала его, а потом увидела.

Это была немецкая овчарка, посаженная на цепь. Она лаяла, пытаясь наброситься на Гришу, но цепь не позволяла ей дотянуться до него. Пес был опасен в ограниченном пространстве перед домом. Опасен своими острыми зубами. Но была еще и другая опасность – на лай мог выйти человек, возможно, с ружьем.

Кустарев мог бы выждать время, чтобы проверить свою догадку, но ему нужно было спешить.