Благословите короля, или Характер скверный, не женат!

Так что желание Ринара проверить – вполне естественно, но… Лично я в подопытные мышки не записывалась! И еще: буквально минуту назад он обжимался с рыжей Пиницией, а теперь мацает теми же самыми руками меня?! Ну, знаете…

– Ну, знаешь! Я тебе не… – начала я гневно, но тут же замолчала, дабы бросить все силы на попытку вырваться и встать.

Но король эти старания не оценил. Рыкнул злобно:

– А ну тихо!

Я инстинктивно замерла, а Ринарион добавил:

– И лучше не дергайся. Просто посиди пару минут. Это не так уж тяжело.

Наглость обескуражила. Я даже дар речи на секунду потеряла! А когда очнулась и вознамерилась высказать этому мужлану все, монарх поднял голову и… я застыла опять.

Нет, возмущение никуда не делось, но, заглянув в глаза Ринара, я вдруг очень четко поняла – дергаться действительно не стоит. Просто если продолжу сопротивляться, то у меня точно будет секс. Причем прямо здесь и сейчас.

Отдельная подлость заключалась в том, что тело уже распалилось и его подобный исход вполне устраивал. Это была дополнительная причина взять себя в руки и включить мозг! То есть замереть и попробовать от происходящего отстраниться. Сосредоточиться не на Ринаре, а на чем-нибудь другом.

И я, конечно, попробовала. Уставилась… нет, не в потолок, а на запертую дверь кабинета. Ну а король вернулся к проверке, хотя, как подсказывали логика и чутье, главная часть сего действа уже состоялась. В смысле он уже убедился, что может. Он уже…

Так. Стоп. Смотрим на дверь!"

"Ринарион шумно выдохнул и притянул ближе. Уткнулся носом в шею и начал ласкать грудь через ткань. Движения его пальцев были порывистыми, но четкими и довольно нежными. В них чувствовалось мастерство матерого ловеласа, которое вызвало мгновенный, очень яркий отклик.

Я ощутила уже знакомое напряжение и жар, который поднимается из глубин, накрывая волной. Желание выгнуться, застонать и обвить мужскую шею руками. Притянуть ближе и раскрыться, давая полный доступ, и, забив на все, прошептать «да»!

Когда губы Ринара начали путешествие от мочки уха к ключице, жар резко усилился. Сердце забилось стократ быстрей, а тело наполнила удивительная, бесконечно приятная слабость. Повинуясь инстинктам, я все-таки выгнулась, но стон сдержала, а монарх перешел к другим, более интимным ласкам.

Он оставил зону декольте в покое и, повозившись пару секунд с длинной юбкой, запустил руку под платье. Его пальцы заскользили по обнаженной коже, уверенно устремляясь вверх. Это стало поводом тихо охнуть и слегка испугаться, но где-то на грани сознания маячила мысль о том, что дальше положенного Ринар заходить действительно не станет. Эта мысль успокоила и чуть-чуть, самую каплю, разочаровала.

Я все так же смотрела на дверь и отчаянно цеплялась за благоразумие, которое было еще живо.