Благословение Луны

Вдох-выдох и стало легче. Боль неохотно, но начала отступать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

- Кхм… Необязательно было рвать на ней платье, - тихо произнёс Алехар, а потом более уверенным тоном обратился к собравшимся:

- Калерия Кетро принята магией рода!

- Да здравствует наследница рода, - вразнобой произнесли Правящие.

- Ты как? – Рэм склонился надо мной, волнистые волосы обрамили его лицо, а ослепительный белый свет храма создал странный ореол вокруг него. В изумрудных глазах застыла тревога, мужественные губы поджаты и по привычке он закусил верхнюю губу. Так и хотелось протянуть руку и прикоснуться, проверить не снится ли мне это, что я и сделала.

- Ты такой красивый… - услышала я свой слабый голос, звучащий со стороны будто говорил кто-то другой. На его губах дрогнула усмешка, мою голову приподняли, придерживая за затылок и я услышала шёпот.

- Повторишь мне это потом? Сейчас нужно покончить с идиотскими церемониями.

Внезапно Рэм стащил с себя тунику, потом рубашку, которую начал одевать на меня.

- Что ты делаешь? – непонимающе спросила я.

- Я слегка испортил твоё платье, - со смешком ответил Рэм.

И тут я заметила, что лиф действительно разорван до пояса, а плетёная туника валяется под ногами.

- Зачем?

- Ты перестала дышать на мгновение.

помог подняться, подвёл к алтарю и передал отцу, который встал позади меня и обхватил за талию.

- Приложи ладонь, - шепнул Алехар, указав на углубление в виде человеческой ладони, выдолбленное в мраморе. Меня легонько укололо, и сфера луны, витавшая над алтарём, вспыхнула золотом.

- Принимаю тебя, дочь Алехара Кетро в круг четырёх Правящих семей, - произнесла леди Аэлрад, положив правую руку на мою плечо, а левую – к собственной груди – знак искренности слов. Процедуру повторили лорды Алриат и Сильяэр, на этот раз их взгляды уже не выражали враждебности ко мне, они действительно принимали меня в свой круг.

- Принимаю тебя, дочь моя в круг четырёх Правящих семей и род Кетро. Да пребудет с тобой благословение богини Исилторе.

Алехар едва сдерживал радость, а я не могла понять своих чувств. Всё происходившее виделось как бы со стороны, а мой взгляд был прикован к Рэму, я словно видела его впервые в жизни и никак не могла понять, что же в нём изменилось.

Всё то время, пока младшие рода произносили слова присяги на верность одной из наследниц рода Кетро, я рассматривала Рэма, рассеянно кивая подходящим ко мне людям."

"Рэм как Рэм… Слегка побледневший, устало улыбающийся, такой родной и любимый. Упрямый, язвительный, ужасный, противный и любимый! Всё, как всегда. Только теперь кроме обычных человеческих чувств появилось другое. Притяжение.