Благородная леди замуж не желает

Вымывшись и переодевшись, я с наслаждением растянулась на постели и скоро уплыла в мир сновидений.

Утром все пошло по известному сценарию. И в назначенный час я была в лавке. Оставив Эльвиру с Ритой за прилавком в ожидании покупателей, я направилась к себе. Шла спокойным шагом, как обычно, никуда не торопилась.

Однако сколько бы я ни пыталась обмануть саму себя, получалось у меня плохо. Да, держать в руках себя я умела, и все равно нервозность ощущалась. Как обычно бывает перед принятием серьезного решения, нервы находились на пределе. Я, конечно, была уверена почти на сто процентов, что знаю причину появления Витольда в лавке. Но всегда оставался тот самый один процент, отведенный на неожиданный поворот судьбы.

В общем, да, я нервничала. Мне нужно было выйти замуж, если я хотела сохранить лавку. Иначе даже заступничество кронпринцессы мне не поможет. Патриархат, чтоб его! Я могла бодаться с одним Стивеном, но сейчас у него появилась поддержка в виде будущего тестя. Так что, увы и ах, мне действительно нужно было замуж. За Витольда.

Он появился примерно через час. Как обычно, элегантно одетый, он переступил порог моего кабинета, поздоровался и уселся в кресло напротив меня.

— Нейра Ингира, думаю, вы понимаете, зачем я здесь, — произнес он, вынул из кармана камзола и поставил на стол передо мной удлиненную коробочку. — Здесь брачные браслеты. Нейра Ингира, вы станете моей женой?

— Буду рада, нейр Витольд, — ответила я, ощутив, как напряжение покидает мое тело.

Предложение сделано и принято. Сами браслеты Витольд наденет на меня после клятв у алтаря.

— Но нам нужен брачный контракт, — напомнила я.

— Не сомневался, что вы это скажете, — улыбнулся Витольд. — У вас есть свой законник?

Законниками называли здесь юристов различных направлений.

Я кивнула. Да, конечно, у рода имелся свой законник, а у лавки — свой. И конечно же, я больше доверяла последнему, так как именно с ним обычно вела дела.

Следующие полчаса-час мы с Витольдом обсуждали и записывали примерный план договора.

Потом Витольд поднялся и вышел. А предварительно пригласил меня на ужин в ресторацию. И я согласилась. Нам и правда не обходимо было чаще общаться друг с другом.

Я откинулась на спинку кресла и вздохнула, то ли тяжело, то ли облегченно. Я и сама еще до конца не понимала, какие именно чувства мной овладевали. Прощай, свободная жизнь. Это Ингира не видела ничего другого, кроме навязанной опеки родителей, а потом и тетушки. Я же, Виктория Остапова, привыкла всегда и во всем в первую очередь рассчитывать на себя. И жила так, как нравится мне. Теперь же мою свободу существенно урежут. И кто знает, как сложится моя будущая семейная жизнь.