Благие намерения. Мой убийца

– Ладно, не кипятись.

Он пожал плечами, но хотя бы сделал пару шагов от окна и в результате подошел к столу, за которым я завтракал.

– Все равно здесь нужно убрать, – пробормотал он и стал собирать посуду.

– Действительно, – сухо согласился я.

Как же это на него похоже: пытаться завуалировать тот факт, что ему приходится подчиняться, сделав вид, что он занимается тем, что и планировал! Но я не собирался спускать ему это с рук. А указывать мне на то, что я вскипел, с его стороны вообще неприлично. Я многозначительно обвел взглядом очередные доказательства того, что он все утро валял дурака: грязный стол, полная окурков пепельница, раскрытая книга, лежащая корешком вверх рядом с моим креслом.

– Я думал, мы договорились. По комнате не должно быть заметно, что здесь живу не только я.

– Ты хочешь сказать…

– Да, – перебил я. – Я хочу сказать, что ты не выполняешь свою часть соглашения. Ты идешь на неоправданный риск и ведешь себя как лентяй и лодырь.

– Мой дорогой Дик, похоже, ты считаешь меня слугой?

– Вот уж не думал, что ты станешь вслух произносить слово «слуга», но если настаиваешь… Да, в некотором смысле я считаю, что это твоя временная работа. Если бы не ты, я бы уже кого-нибудь нанял.

– Когда я появился, у тебя никого не было.

– Не сомневайся, быстро нашел бы. А твое присутствие мне мешает. Не ожидал, что придется объяснять такие вещи.

– Так и я не ожидал, что придется. Но если ты видишь все в таком свете, то лучший вариант – поскорее меня отсюда вышвырнуть. И поверь, я этому буду только рад.

Чудовищная неблагодарность его последней фразы меня слегка покоробила. И я парировал, что и не просил приходить.

– Как будто я не знаю, – рассмеялся Алан. Смена его настроения произошла, как всегда, неожиданно. – Дружище! Я ведь и правда свалился тебе как снег на голову. И признаю, что ты повел себя до жути порядочно. Просто тактичность – не твоя сильная сторона, что ни говори. Конечно, я не против работать по хозяйству, однако у меня на это целый день, все равно здесь торчать. Думаю, мне можно позволить самому выбирать время. Уж чего-чего, а времени у меня в избытке, и когда хочется побездельничать утром пару-тройку часов, я так и поступаю. Сижу здесь, заняться нечем, остается лишь пялиться на циферблат, наблюдать, как идет время, и ждать. А чего ждать-то?

– Момента, когда я смогу тебя вывезти.

– Именно. Когда я смогу уехать.

Проигнорировав тот факт, что мне предстоит его вывозить, он повторил:

– Когда я смогу уехать. Разве ты не понимаешь, что ожидание действует на нервы? Вдруг объявится твой дружок-полицейский? Не могу отделаться от мысли, что он уже на пороге. И когда накрывает, мне нужно стать за шторы и смотреть на дорогу. Он меня не возьмет, обещаю. Крыса в мышеловку не попадется.