Благие намерения. Мой убийца

Куда-то исчезли все жалобы на то, что нет возможности выпить, исчезли даже намеки на критику моих приготовлений или той роли, что он должен был сыграть. Зато посыпались торжественные уверения в благодарности за все то, что я сделал. Если бы это случилось раньше, может, я бы и поверил и у меня сложилось бы иное мнение об Алане. Тогда, пожалуй, и планы бы несколько изменились. Но было уже поздно. Я знал цену громких обещаний.

Зато хотя бы остаток путешествия прошел легче. Должен сказать, миссис Фарли дала точные указания. Сложность возникла только раз. Проехав Рингвуд, через какое-то время мы неожиданно увидели, что дорога до Пьюуэлла почему-то разветвляется. Как назло, я поехал по той дороге, на которой не оказалось поворота. И именно Алан, взяв в руки карту, нашел правильный путь. К счастью, он смог разобраться, не задавая вопросы прохожим. Не зря я позволил ему находиться в благодушном настроении!.. Не видя причин, почему пустые слова могут служить оружием только в его руках, я притворился, что впечатлен его умом.

Благодаря Алану мы нашли памятник в Пьюуэлле и, повернув круто направо, поехали по дороге, которую точно описала миссис Фарли. На болотах Станпит-Маршес я не бывал, однако «Мужской клуб» нашел. Я заехал задним ходом на стоянку, мы вылезли из машины и огляделись. Подходящее место, чтобы оставить автомобиль. Я тешил себя надеждой, что припарковался очень тихо.

Ночь выдалась, без сомнения, отвратительная, но недостатком это назвать было сложно. Не говоря уже о том, что такие условия можно рассматривать как карательную акцию, вряд ли поблизости бродят посторонние.

Алана распирал оптимизм. Не без труда я удержал его от распевания песен во весь голос, и еще больше сил стоило от него не отставать.

– Давай, старина, – почти кричал он, – поспевай! Не могу выразить, как здорово снова выйти на улицу. Хочется шагать, шагать и шагать! Слушай, позволь отвести душу. Сейчас пробегусь вдоль дороги, а потом вернусь к тебе.

Не успел я его остановить, как он уже убежал. Наверное, он бежал на носочках, потому что я ничего не слышал. И все равно я облегченно вздохнул, когда Алан, задыхаясь и смеясь, вновь оказался рядом.

– Ты жалкий зануда! – заявил он весело. – Согрейся! Вот мне уже жарко.

Вряд ли стоило ему говорить, что у меня хватает ума не бегать там, где можно спокойно идти. Да и нужды не было, так как мы подошли к месту, где нас должна ждать миссис Фарли, – на новой автобусной остановке рядом с почтовым ящиком. Даже в темноте я разобрал, что это был старинный ящик, и не удивился, обнаружив на нем буквы «VR». Думаю, викторианских почтовых ящиков осталось немного, и я гордился тем, что в сложившихся обстоятельствах его заметил. По крайней мере, хладнокровие и присутствие духа мне не изменили.