Ищущий Битву

– Командир, я собирался идти в местный пункт обмена свободно конвертируемых валют. У тебя есть какие-нибудь предложения на этот счет?

– Во-первых, чтобы тебя не кинули, во-вторых, чтобы ты оттуда вернулся целым и невредимым.

– И на том спасибо. Кстати, ты не хочешь взглянуть на нумизматическую редкость, которую мне подсунули? Я что-то никак не возьму в толк, что это за монета.

– Ладно, давай показывай свое богатство.

Лис вытащил откуда-то разрубленную пополам монетку и поднес ее к глазам.

– Монета серебряная.

– Ну, об этом я, положим, догадался.

– Что еще? А вот! У тебя есть зеркало?

– Представь себе, нет. Ни зеркала, ни пилочки для ногтей, ни даже пинцета для выщипывания бровей. Сам страдаю, но в спешке сборов как-то позабыл захватить маникюрный набор.

– Лис, я подарю тебе шикарный наборчик по возвращении. Пока же мне нужна лишь отражающая поверхность.

Он взял свой посох и обнажил спрятанное в нем лезвие.

– Вполне! Поднеси монету вплотную к клинку.

Рейнар послушно проделал требуемую операцию.

– Превосходно, Лис, превосходно. У тебя действительно редкий экземпляр. Это серебряный динарий, так называемый шартрский динарий Пипина Короткого. Годы чеканки 751-768.

– Ничего себе! Это же более четырехсот лет назад!

– Да, занятная штучка. Но больше я пока что ничего сказать тебе не могу.

– И на том спасибо. Когда буду в лавке, вызову. Как там, еще раз, она называется?

– «Красный щит». По-немецки – Ротшильд.

– Ну вот. Так я и знал! Опять иудомасоны. И здесь не обошлось без еврейского капитала! – Он отключил связь.

Вчера, в навечерие, юные оруженосцы устраивали обкатку турнирного поля. Вернувшись с прогулки, мы с фон Тагелем застали состязания в полном разгаре, к немалому огорчению Эда и Клауса.

Конечно, эти бои не привлекали такого стечения народа, как те, что ожидались нынче, но, сказать по правде, здесь было на что посмотреть. Правда, оружие в руках молодых бойцов было легче и безопаснее обычного, а сами бойцы еще не были искушены в тонкостях владения им, но молодость и пламенный задор искупали все огрехи.

И уж конечно, эти превосходные качества были несущественными в глазах юных прелестниц, с замиранием сердца и нежным трепетом следивших за ходом поединков.

Право же, сражались здесь недурно, тем более что, наравне с пламенными взорами очаровательниц, призом для победителя этой воинской потехи были золотые рыцарские шпоры.

Смерив долгим тоскливым взором турнирное поле, Эд пробурчал что-то себе под нос и удалился в наш шатер, чтобы в сотый раз проверить доспех и снаряжение.

– Я не сомневаюсь, что он сможет одержать верх над здешними юнцами и заработать рыцарские шпоры. Это было бы приемлемо для кого-нибудь другого, но не для него. Цена его рыцарства – подвиг!

– Очень благородно.