Битва президентов

Уже не за двадцать миллионов. За тридцать. А то и за пятьдесят.

Корчиньский почувствовал, что от подскочившего давления у него закладывает уши.

– Да что такого особенного в этом твоем фильме, дьявол тебя побери? – пронзительно воскликнул он. – В нем показаны русские истребители? Ракеты, нацеленные в «Ту-154»? Или, может быть, там заснята установка взрывного механизма.

– Все гораздо проще, – молвил Шахашвили. – Проще и страшнее.

– Ну? – Корчиньский стиснул трубку с такой силой, что пластмассовый корпус едва не треснул в его вспотевших пальцах.

– Туман.

– Туман?

– Туман был не настоящий, Мирек. Вернее, не совсем настоящий. Кое-кто позаботился о том, чтобы он стал гуще.

– Не говори загадками, – взмолился Корчиньский. – Сколько еще ты будешь испытывать мое терпение, Майкл?

– Есть такие приспособления, – сказал Шахашвили, – которые называются «дымовые машины», или «генераторы тумана». Несколько таких было использовано возле посадочной полосы аэродрома «Северный». Вот почему видимость упала так резко при появлении самолета с польским правительством. Русские пустили туман. Это было массовое политическое убийство.

– Как тогда, в Катыни, – прошептал потрясенный Корчиньский.

– Чего еще ожидать от тоталитарного государства! – саркастически воскликнул Шахашвили, которого на родине все чаще называли деспотом и тираном. – Методы всегда одни и те же.

– Я их уничтожу…

– Что?

– Я их уничтожу, – повторил Корчиньский, уставившись невидящим взглядом в стену. – России конец. И гибель этой империи зла всегда будут связывать с именем президента Польши, с моим именем… – Он помотал головой, собираясь с мыслями, которые норовили разбежаться, как тараканы, выпущенные из банки. – Майкл, я хочу увидеть этот фильм.

– Без проблем, – сказал Шахашвили. – Мой человек готов вылететь к тебе в любую минуту. Это полковник Тутахашвили, которому ты можешь доверять точно так же, как мне.

«То есть, – перевел для себя Корчиньский, – с этим полковником нужно быть настороже».

– Я встречусь с ним в своем загородном доме, – сказал он. – Записывай адрес.

Каждое произнесенное по телефону слово фиксировалось компьютером Службы безопасности, но Шахашвили сделал вид, будто ищет ручку и бумагу. Когда адрес был продиктован, он пробормотал: «Готово» – и предложил поляку записать реквизиты счета, открытого в багамском банке.

– С этим можно не спешить, – возразил рассудительный Корчиньский. – Сперва я хочу взглянуть на товар и убедиться в его подлинности.

– Боишься, что Михо подсунет тебе какую-то тухлятину? – Шахашвили расхохотался как человек, которому обвинения в нечистоплотности представляются не обидными, а абсурдными. – Напрасно, Яри, напрасно. Мы, грузины, всегда ведем честный бизнес.