Билеты в один конец

– Ландыш?

– Ну красивое же имя, мам, ну давай, пожалуйста! – снова включает милашку.

– Матео не выговорит, – выдаю аргумент.

– А я научу его! – хохочет Алиса.

– Почему Ландыш? Котенок же черный. А цветок – белый.

– Пусть будет Ландыш, – настаивает Алиса.

– Ландыш… – повторяю и пожимаю плечами.

Хорошо. Пусть будет Ландыш.

Влад возвращается минут через пятнадцать. Берет котенка в руки.

– Ландыш, говоришь? – приподнимает бровь, когда Алиса говорит ему имя.

– Да. Потому что красивое, – отвечает она.

– Окей.

Влад достает из пакета флакон и начинает возиться с раствором.

– Но знаешь… – улыбается он. – Судя по тому, какие у него коготки, подошло бы больше Крапива.

Котенок фыркает, вырывается, когда Влад обрабатывает ему глаза и дает какое-то лекарство. Потом возвращает Ландыша Алисе и уходит мыть руки.

Я наблюдаю за ним с улыбкой.

– У тебя, похоже, был целый травник? Ты так ловко с ним обращался.

– Скорее всего с ней. А так да, было дело. Мы с сестрой всех тащили домой.

Упоминание Ангелины звучит неожиданно, особенно в таком теплом ключе. Он почти не говорит о ней. Все мои попытки понять их отношения терпят фиаско. Влад реагирует как адвокат: профессионально уходит от темы, мгновенно переводит разговор. Даже когда я спрашивала, как она относится к его решению поехать в Dignitas – ничего внятного. Максимум: «Это моё дело».

Я пытаюсь представить, что бы делала, если бы мой брат решил уйти таким образом. И, наверное, сорвала ему телефон, вынесла мозг. А Ангелина… не звонит. И на его звонки отвечает сухо, через раз. А то и два. Странные у них отношения.

* * *На следующее утро Ландыш будит нас навязчивым мяуканьем. А потом несколько раз писает мимо лотка.

– Все, – говорит Влад с тяжелым вздохом. – Мы погибли, если так будет каждый день.

Он берет котенка, передает его Алисе и тихо мне говорит:

– Я думал, это будет как в кино. Миска, одеяльце, мурчание, счастье. А тут пипетка с молоком и моча повсюду. Я пас.

Смеюсь, качаю головой и иду готовить завтрак.

– Ты сам дал согласие.

Влад тем временем исчезает. Возвращается через час с новой переноской, миской и игрушечной мышкой.

– А говорил, что он побудет с нами временно, – скрещиваю руки на груди.

– Скорее всего, она, – поправляет Влад. – Так и есть. Временно. Но с комфортом.

Он подсовывает Ландышу мышь. А на следующий день вызывает Диего и везет с ним котенка в ветклинику.

Через неделю Ландыш уже нагло спит на подушке Таранова, уткнувшись лбом ему в шею, в то самое местечко, к которому мне теперь доступ закрыт. Я лежу рядом и думаю: может, не все, что начинается как «временно», заканчивается. Иногда оно становится «навсегда», просто никто не решается это признать?

Надо будет узнать, можно ли потом перевезти кота. Точнее, кошку. Все-таки Ландыш оказалась девочкой.