Тушканчик в бигудях

На фоне сверхоригинальной укладки оранжевые губы, густо-зеленые веки и кирпичный румянец актрисы уже не удивляли.

Посетительница подняла руку, на пальцах засверкали огромные перстни, на запястье зазвенели браслеты.

– Надеюсь, мой столик в укромном месте свободен, – громовым голосом осведомилась она, – мне нужно спрятаться от фанатов. Боже, они меня опять преследуют!

Я постарался сохранить непроницаемый вид. Около красавицы не было ни одного человека, тем более с ее фотографиями для автографа.

– Так что, – начала сердиться посетительница, – столик готов?

Я шагнул к ней:

– Добрый день, Галина.

– Вот, – заверещала актрисуля, выхватывая из сумки очки, – уже началось! Сейчас все за автографами сбегутся! Катастрофа, спрячьте меня! Немедленно!

Голос дамы, визгливый, очень высокого тембра, мигом заставил обернуться всех мирно пивших кофе посетителей кафе. На мой взгляд, если хочешь сохранить инкогнито, следует вести себя скромней.

– Не пугайтесь, перед вами не обезумевший поклонник, – сказал я.

– Да, – кокетливо прищурилась дамочка, – а кто же?

– Тот самый сотрудник агентства «Ниро», с которым у вас назначена встреча, – ответил я."

"Мы заняли место за неудобным маленьким стеклянным столиком. Мне из-за почти двухметрового роста пришлось сесть боком, выставив ноги в проход.

Галина заказала кофе и, усиленно строя мне глазки, осведомилась:

– Ну и?.. Задавайте свои вопросы.

– Помните взрыв?

– Ужас! Конечно! Я чудом спаслась! Встала сбоку.

– Можете рассказать, что предшествовало беде?

Галина быстро затараторила:

– Я привезла Степку, у меня был перерыв в съемках, и я могла себе позволить отдых.

Я внимательно слушал ее рассказ. Пока ничего нового или интересного она не сообщила.

Валерия начала обрабатывать йорка и попросила Масляникову поставить чайник на газ.

– Почему она не сделала это сама? – удивился я.

– Не хотела отпускать Степу, его шерсть намазали специальным маслом.

– Можно было потом почаевничать.

Галина допила кофе и вдруг совершенно нормальным голосом, без натужных актерских интонаций сказала:

– Лера была подвержена сосудистым кризам, у нее иногда бывали спазмы, а снять начинающееся недомогание помогала только чашка крепкого, сладкого чаю. Поэтому, когда она пожаловалась на головную боль, я пошла на кухню. Боже! Ужас! Мне обожгло руку! Загорелась занавеска! Лера заметалась по салону, притащила ведро с водой, я кинулась за Степой, бедный песик в обмороке лежал, мы вызвали пожарных! Не дай бог подобное еще раз пережить. Хорошо, лицо не пострадало. Знаете, я стригла своих собак в «Артемоне» со дня его основания, но больше не пойду туда никогда!

– Как же вы не почувствовали запах газа? – удивился я.