Тушканчик в бигудях

– Слава богу, приехали, – застрекотала Тася, – я уж испугалась, во, глядите, что нашла в пододеяльнике!

Мы с Николеттой уставились на маленький шуруп.

– Стала постель перетрясать, а он там, – пояснила Тася.

– Почему не позвонила нам? – не выдержал я. – Отчего не сообщила о находке?

Тася разинула рот, поморгала и сообщила:

– Ну не догадалася!

Чтобы не слушать скандал, который маменька закатила Тасе, я быстро переоделся, побрился и позвонил Галине Масляниковой, хозяйке йоркшира по кличке Степа.

– Частное сыскное агентство? – удивилась та. – А я при чем?

– Можно поговорить с вами о взрыве в «Артемоне»?

– Столько раз в милиции рассказывала, право, надоело!

Минут десять я уламывал даму, и наконец она весьма недовольно сказала:

– Ну хорошо, кафе «Дотти» на Тверской знаете, найдете меня в укромном уголке под лестницей. Я личность известная, фанаты мне проходу не дают, вот и приходится прятаться!

– Уже мчусь, – обрадовался я, – но как я вас узнаю?

Из трубки раздался смешок.

– Мгновенно. Я каждый день в телевизоре мелькаю, то один сериал с моим участием крутят, то другой. Не спрашивайте ерунду.

Я положил трубку. Сообщать в этой ситуации, что я ни разу не смотрел многосерийные картины, показалось мне неприличным.

До «Дотти» я добрался без особых проблем, отчего-то Тверская оказалась почти пустой, и место для парковки нашлось сразу. Сочтя это добрым знаком, я толкнул дверь, очутился в длинном зале и спросил у официантки, молоденькой девочки в белой блузке:

– Вы Галину Масляникову знаете?

– Не-а, – помотала та головой.

– Она в сериалах снимается.

– А мне их когда глядеть? Все время на работе, – справедливо возразила девчушка.

– Может, кто-то из ваших коллег мне поможет?

Девочка отошла к стойке бара, пошепталась с парнишкой, готовящим кофе, и воскликнула:

– А! Эту видела! Она всегда под лестницу садится! Такая смешная!

Я хотел пойти в указанном направлении, но тут в кафе вошла женщина самого невероятного вида. Она была облачена в черно-белый клетчатый комбинезон. У меня зарябило в глазах, модница походила на поставленную ребром шахматную доску. На шее у прелестницы трепыхался платочек ядовито-зеленого цвета, блузка, одетая под комбинезон, имела цвет молодого поросенка. На ногах у дамы были боты, похоже, резиновые, а может, лаковые, круглоносые, на пуговичках. Но самым выдающимся в ее облике были волосы.

Блондинистые пряди составляли основу прически, сверху было сделано розовое мелирование. Стрижка ступеньками обрамляла лицо, а на макушке дыбилась ежиком. У наивного человека создавалось впечатление, что даму стриг сумасшедший парикмахер, который, отхватив там и тут по клоку волос, бросил работу, не закончив ее.