Тушканчик в бигудях

– Один банкир, очень удачливый, он даже в дефолт устоял.

– Вот! Видите, – завопила Вера, – он питается вашими накоплениями!

Вымолвив эту глупость, она с торжеством посмотрела на меня. Я не нашелся что ответить.

– А нельзя к нему сходить и нашу денежную энергию назад отнять? – заинтересованно спросила Тася. – Ну, в мешок ее покласть и домой приволочь!

– Нет, – покачала головой Вера, – она утекла навсегда.

– И че? Он теперь жировать станет, а нам голодать? – не успокаивалась Тася. – То-то я смотрю, Николетта дала денег на хозяйство, а у меня – пшик, и ничего нету!

– Следует обороняться, – кивнула Вера, – слушайте внимательно. Крышку над унитазом всегда держите закрытой, на пол настелите фольгу, уберите ковры и паласы, купите натуральные покрытия – и энергия денег останется с вами.

Дальше слушать у меня не было сил.

– Это не совсем этично, приехав на пару дней в гости, переоборудовать квартиру без ведома хозяйки, – быстро прервал я очередную реплику Веры. – Думаю, следует вернуть спальне статус-кво. Впрочем, я готов не то что крышку опускать, а даже запирать сортир снаружи, если сие действие доставит вам удовольствие.

Что началось после моей вежливой и совершенно разумной фразы, описывать не стану. Надеюсь, никто из вас никогда не попадал в эпицентр тайфуна и не оказывался на пути бешено несущейся с горы снежной лавины. А не познав ощущений несчастного, которого крутит, словно былинку, вы не поймете, что обрушилось сейчас на мою голову.

В конце концов, одурев от криков приверженцев фэн-шуя, я быстро ретировался, бросив на прощание:

– Делайте что хотите.

– А мы и не собирались поступать по-твоему! – завопила мне в спину Николетта.

Я добрался до своей спальни и осторожно зашел внутрь. Мне полегчало. Слава богу, дамы в погоне за стопроцентным здоровьем, молодостью и вечной жизнью не стали ничего трогать в моей скромной обители. Был еще один положительный момент в происходящем: увлеченная перестановкой мебели маменька начисто забыла о существовании сына, и я мирно читал до полуночи Рекса Стаута.

Не успели новые сутки сменить старые, как затрезвонил мобильный.

– Вава, иди сюда.

Я вздохнул. Ну вот, обустройство интерьера завершено, пора и Ваню потормошить.

Николетта лежала в кровати.

– Немедленно пристегни меня к батарее, – велела она, потрясая браслетом, от которого шла массивная железная цепь.

Я посмотрел на сверкающие звенья.

– Зачем?

– Так надо!

– И все же?

– Вава, ты зануда! Делай что говорят.

– Мне бы хотелось сначала узнать причину столь необычной просьбы, – твердо сказал я.

Николетта села, отбросила одеяло, и я с удивлением увидел на маменьке пижаму из блестящей материи, похожей на металл или фольгу. Талию вместо пояса охватывала еще одна цепь.