Тушканчик в бигудях

от должности, а вся фирма шепотом повторяла фразу Норы, которую она произнесла, подписывая бумагу: «Нет колес – иди пешком, ползи ползком, но никогда не опаздывай, мне все равно, каким образом ты доберешься до работы».

Учитывая вышесказанное, какой, по-вашему, должна быть спальня Норы? Хай-тек с гнутыми торшерами? Офисная мебель, разбавленная кроватью? Аскетичный интерьер монашки?

А вот и нет, вы не угадали. В просторной комнате стоит большая кровать, накрытая стеганым покрывалом нежно-абрикосового цвета. Ложе завалено подушками, думками и валиками. Кокетливые занавесочки с оборками свисают с окна, еще тут полно мелких пуфиков, скамеечек и ковриков. А на стенах висят странные картины, на одной из них изображены кошки, пьющие чай за большим столом.

Увидав впервые спальню Норы, я понял, что под железной маской несгибаемой бизнес-дамы скрывается душа девочки-подростка. Если не хочешь, чтобы окружающие раскусили тебя, никогда не пускай их в свои личные покои.

Но сейчас, войдя к Элеоноре, я не узнал ее комнату. Ковры исчезли. Вместо них повсюду уложены колючие циновки. Шторы сняты, ничем не прикрытые окна мгновенно сделали спальню неуютной, пуфики и скамеечки вынесены, а кровать застелена серой тканью, больше всего похожей на мешковину.

Вера и Николетта стояли у стены, покрикивая на двух мужиков в спецовках. Рабочие держали в руках огромную кадку с деревом, сильно смахивающим на гигантскую двухметровую петрушку.

– Левее! – кричала Николетта.

– Нет, нет, к окну, – командовала Вера.

– Лучше в угол.

– Энергия отсечется!

– Хорошо, – неожиданно согласилась маменька, – пусть у подоконника ставят.

– Что здесь происходит? – наконец обрел я голос.

– Фэн-шуй, – ответила Николетта, – мы по нему ориентируемся.

– Прости, я тебя не понимаю.

– Это древнее китайское учение о правильном интерьере, – сообщила Вера. – Тут совершенно жуткая обстановка, отсюда и болезни, преждевременное старение. Вот скажи мне, Ваня, почему у тебя денег нет?

Я хмыкнул. Наверное, следует, в свою очередь, спросить, а кто станет платить за перестановку, циновки и озеленение? Сдается мне, что счет выставят Ивану Павловичу.

– Очевидно, много трачу, – ответил я, – мои расходы превышают доходы. Помнится, в институте нам преподавали политэкономию, и там…

– Не умничай! – рявкнула Николетта.

– Нет, Ваня, – торжественно заявила Вера, – деньги утекают через унитаз!

– Может, и верно, но я вовсе не так много ем.

– Не о продуктах речь, а о крышке! – отрезала Вера.

Я опешил."

"– Если постоянно держать крышку над унитазом открытой, – неслась дальше Вера, – а вы, между прочим, именно так и поступаете, то энергия купюр утекает сквозь толчок к вашим соседям! Вы нищаете, они богатеют. Кто под вами живет?

Я кашлянул.