Бьянка, благочестивая невеста

Но порою дитя проявляет редкую настойчивость.

— Как только почувствуешь, что готова сдаться, сразу представляй на своей пышной заднице след от плетки, — с легкой улыбкой посоветовала госпожа.

— Вот и отлично. Важно, чтобы все слуги хранили молчание, — напомнила она напоследок, вышла из детской и направилась в собственные покои, где Фабиа уже поджидала в полной готовности.

Завидев госпожу, она тут же предложила на выбор три платья.

— В черном буду выглядеть бледной и слабой, — задумчиво заметила Орианна. — Красное слишком ярко для такого случая. Синее подошло бы в самый раз, но оно чересчур изысканно украшено. Найди что-нибудь простое и элегантное — в меру, чтобы посетитель не подумал, что своим визитом оказывает мне честь.

— Есть бархатное коричневое платье. Очень простое. К тому же с черной вышивкой на груди. В нем вы выглядите особенно строгой и даже немного старше, чем на самом деле. А если надеть золотое распятие, которое в прошлом году вам батюшка подарил на день рождения, то образ получится впечатляющим.

— Да, пожалуй, ты права, — согласилась Орианна.

Фабиа одела госпожу и собрала волосы в скромный пучок на затылке. Помогла застегнуть на шее цепочку с распятием, на шаг отступила, посмотрела и одобрительно кивнула.

— Безупречно, синьора.

В дверь коротко постучали, и в комнату вошел синьор Пьетро д’Анджело. Он был одет еще более сдержанно, чем супруга, — во все черное. Осмотрев Орианну с головы до ног, едва заметно улыбнулся: наряд ему понравился.

— Пойдем, дорогая. — Джованни почтительно подал руку. — Он уже здесь, ждет в библиотеке.

Орианна положила ладонь на рукав мужа, и они отправились на встречу с Себастиано Ровере.

Как только тесть с тещей вошли в комнату, Ровере понял, что оба готовы к битве. «Что ж, — подумал он, — закон на моей стороне. Уже к полудню девчонка вернется на место и сразу получит заслуженное наказание, чтобы впредь и не думала нарушать супружеский долг. Ну а потом можно будет насладиться ее прелестями и передать ослу, чтобы тот не скучал. Нудара в восторге: говорит, что животное ничем не уступает мужчине».

Он окинул чету Пьетро д’Анджело злым взглядом.

— Не имею ни малейшего понятия, — спокойно ответил торговец шелком.

Ровере побагровел от ярости.

— Сомневаюсь, что ваша лицемерная жена может сказать о себе то же самое. — Он посмотрел на Орианну. — Где ты ее спрятала, венецианская ведьма?

— В надежном месте, — последовал уверенный ответ. — Там, где вы не сможете больше истязать девочку своими зверскими извращениями и жестокостью.

— За мной стоит закон, — процедил адвокат сквозь стиснутые зубы.

— В таком случае используйте право для достижения цели.