Безжалостные клятвы

Осознав, что Этти за ней не идет, Айрис остановилась.

– Помнишь все, чему я тебя учил, Теа? – спрашивал мистер Эттвуд.

– Как я могу забыть, папа? – весело возразила Этти, но казалось, что она вот-вот расплачется. – Когда-то я думала, что однажды смогу сыграть симфонию.

– Да, и столько часов посвятила своей мечте, играя тайком. – Ее отец помолчал, ласково погладил ее щеку. – Теперь я вижу, что те репетиции подготовили тебя. Я горжусь тобой, милая. Будь осторожна.

Он поцеловал дочь в лоб. Этти быстро заморгала, чтобы скрыть слезы.

Потом вышел вперед Тобиас, чтобы обнять ее. Этти встала на цыпочки и что-то зашептала ему на ухо, а он слушал, обхватив пальцами ее спину. Что бы она ему ни говорила, он отпустил ее. Его глаза горели в темноте, пока он следил, как Этти делает первый шаг вниз.

– Вернись ко мне, Теа Эттвуд, – сказал он.

Этти развернулась к нему.

– Если ты вдруг не знал, Тобиас Бексли, у меня тоже девять жизней.

Он чуть улыбнулся в ответ, но улыбка погасла, когда Этти сделала еще один шаг в мглистый подземный мир. Тобиас дернулся, как будто хотел последовать за ней в темноту.

Едва дыша, Айрис потянулась к дверной ручке и пообещала:

– Я приведу ее обратно в целости и сохранности.

– Мы будем ждать здесь вас обеих, – сказал мистер Эттвуд, кладя руку на плечо Тобиаса."

"Собрав все силы, Айрис закрыла дверь, глядя, как исчезает свет. Она вставила ключ в отверстие и заперла дверь за собой и Этти, запечатывая один мир от другого.

49

Вес пятидесяти крыльев

Когда Айрис заперлась изнутри, Тобиас с колотящимся сердцем уставился на дверь туалета. Сделав два глубоких вдоха, он наконец взялся за ручку, не в силах ничего с собой поделать.

Открыл дверь, но внутри был только туалет – черно-белая плитка, унитаз, раковина с заляпанным зеркалом, обои в цветочек.

Этти и Айрис словно испарились. Исчезли, как будто их и не было.

– Давай вернемся за стол, – сказал мистер Эттвуд.

Тобиас кивнул, хотя мог простоять много часов, глядя на дверь и ожидая возвращения девушек. Он ждал бы столько, сколько нужно, даже если стены рухнут.

Но он не мог забыть слова, которые Этти прошептала ему на ухо перед уходом.

«Пожалуйста, присмотри за моей семьей, пока меня не будет».

Он вернулся с ее отцом в кабинку, где его родители разговаривали с миссис Эттвуд. Братья и сестры Этти сгрудились в кучу, позабыв про лимонад и пирожные. Упала еще одна бомба, расколов воздух, словно удар грома.

Тобиас сел рядом с Гарретом, одним из близнецов. Глаза мальчика округлились от страха, плечи поникли. Упала еще бомба, на этот раз ближе. Задребезжала посуда, затряслись картины на стенах. На кухне, похоже, упала и разбилась стопка тарелок.

Тобиас полез в небольшой кожаный рюкзак, который взял с собой из дома.