Безжалостное обольщение

Делакруа положил глаз на плантацию твоего отца и меньшим не удовлетворится.

— Мне безразлично, как он будет прятать свои корабли на нашей плантации, — объявила Женевьева, поднимаясь на ноги с той решимостью, которая всегда так пугала ее кузена. — И мне все равно, вынужден ли будет папа уступить желаниям капера. Но я не стану безучастно наблюдать, как Элиза болтается между ними, словно щепка на волнах. И я до сих пор не понимаю, как ты мог позволить вовлечь себя в подобную аферу. Ты не подумал, что папа сделает с Элизой, если из-за ее глупого тщеславия потерпит такое сокрушительное поражение? Да он твою кузину растерзает.

— Нет, не растерзает, — возразил Николас, довольный тем, что теперь ему не нужно врать, — ты забыла о Лоренцо. Твой отец не позволит, чтобы хоть намек на подозрение закрался в душу жениха. А выместить свой гнев на Элизе так, чтобы Лоренцо не захотел узнать, за что и почему он это сделал, Виктор не сможет. Нет, он просто станет подталкивать Лоренцо к тому, чтобы ускорить день свадьбы. А это, — сурово добавил Николас, — для всех будет лучше. На свободе Элиза небезопасна.

Женевьева молча обдумывала услышанное. Насчет реакции Виктора Николас скорее всего прав. Но Элиза, если ее похитят и запрут где-нибудь на ночь, независимо от того, посягнет ли при этом кто-то на ее честь или нет, сойдет с ума от страха.

— Мы должны этому помешать, Николас.

От ЭТОГО «мы» у Николаса упало сердце. Одно дело — наблюдать со стороны, как Женевьева сражается с капером, и совсем другое — быть вынужденным бороться с Делакруа, который вполне определенно велел ему любыми средствами сделать так, чтобы Женевьева не путалась у него под ногами.

— Что ты предлагаешь? — спросил кузен, оставляя пока в стороне вопрос об их сотрудничестве.

Женевьева нахмурилась, покусывая верхнюю губу.

— Элизе мы ничего не можем сказать, так ведь? — Николас автоматически затряс головой, вопрос и впрямь был риторический. — Можем мы придумать что-нибудь, дабы удалить ее из города? На плантацию? Или к кому-нибудь в гости?

— На это нужно время, а ты, боюсь, не можешь позволить себе роскоши действовать не спеша, — безразлично напомнил Николас. — Доминик торопится, и не забывай, что один раз он уже заставил Элизу прийти туда, куда ему было нужно.

Женевьева состроила гримасу и, кажется, не заметила, что всю ответственность за разрабатываемый план Николас с себя снял.

— Да, а после сегодняшнего дня Элиза будет еще покладистее, поскольку свидание прошло вовсе не так, как ей хотелось. Значит, она более чем созрела, чтобы принять следующее приглашение. — Не услышав комментария Николаса, она добавила:

— Есть только один выход. Мы должны перехватить приглашение. Тогда ты увезешь куда-нибудь Элизу, а я займу ее место.