Безжалостное обольщение

По правде говоря, мне так же, как и тебе, было бы приятно посмотреть на поражение Виктора, но что нужно пирату от Элизы?

— Она нужна ему, чтобы… чтобы надавить на Латура, если тот окажется несговорчивым, — признался Николас. — Но Доминик обещал мне, что она…

— ..никак не пострадает, — закончила за него Женевьева. — Это я уже слышала много раз. Но как Элиза может надавить на отца? У нее влияния не больше, чем у любого другого.

Николас долго молчал, размышляя, сможет ли провести Женевьеву, поведав лишь полуправду, которая удовлетворит ее настолько, что она покинет арену гладиаторов. Тогда и Доминик будет удовлетворен, и Николас снова вздохнет свободно. И хотя воображение не было сильной стороной Николаса, он понимал, что чем дольше мешкает под нервирующим его взглядом кузины, тем меньше остается шансов убедить ее в правдивости того, что собирался сообщить.

— Видимо, я могла бы помочь, — вдруг сказала Женевьева. — Элиза по непонятной мне причине почему-то находит этого самонадеянного негодяя привлекательным. Прости, если я шокировала тебя, — добавила она не без сарказма, — но это самое подходящее определение для твоего «друга».

Женевьева почувствовала, как жар приливает к ее щекам при воспоминании о том, что произошло на складе, и удивилась тому, как можно чувствовать столь сильное отвращение к человеку. Отвращение, и ничего более? Только это? Нет. Не только. Эта мысль заставила ее задуматься. Лишь после некоторого молчания Женевьева вернулась к проблеме, которую они обсуждали.

— Не думаю, что Делакруа поощряет Элизу просто ради забавы. Значит… Господи! Какой же дурой я была! Я пыталась не дать сестре скомпрометировать себя, но ведь это именно то, что ему нужно, понимаешь? Элиза Латур с запятнанной репутацией станет неподходящей парой для дона Лоренцо Биаса. Я же все видела, но почему-то не отнеслась к этому серьезно. Мы-то с тобой знаем, что для Элизы это просто глупая забава, но она может легко обернуться чем-то гораздо худшим. Дон Лоренцо вряд ли сразу узнает о нескромном поведении своей невесты. В первую очередь об этом сообщат папа, чтобы он успел замять дело, согласившись работать вместе с Делакруа. Что, не так?

Николас охотно согласился:

— Совсем не плохо придумано, правда? В конце концов во всем окажется виновата самовлюбленная Элиза, и твоему папаше просто придется быстренько исправить положение. Никто, кроме Виктора, который будет вынужден наступить на горло собственной гордости, не пострадает. Женевьева медленно покачала головой:

— Думаю, на самом деле придумано еще лучше, Николас. Случайная встреча наедине, нескромный подарок — все это безобидные глупости наивной дурочки. Наверняка поднимутся сплетни, которые дойдут до Лоренцо.