Безжалостная Империя

Ксандер — тот, кто дал нам эту информацию, так как он делает то же самое всякий раз, когда хочет избежать гнева своего отца. Хотя он всё ещё не хочет признавать, что у него развиваются проблемы с алкоголем.

Однако сейчас это не важно. Ублюдок, который собирается выйти, важен.

— Где Ронан? — спрашивает Ксандер.

— Он под кайфом. — Говорит Эйден. — Я собираюсь набить ему морду, если он будет жаловаться, что мы не пускаем его.

— Он хочет, чтобы его не пускали.

Я засовываю руку в карман, чтобы она не сжалась в кулак. Я планировал этот момент со вчерашнего вечера. С тех пор, как я увидел страх в глазах Сильвер, когда она выскочила в прозрачной одежде. Она не из тех, кто выходит на улицу неподготовленной, а это значит, что она боялась за карьеру своих родителей больше, чем показывала. Тот факт, что это ублюдок Адам проник ей под кожу таким образом, что мне хочется стереть его из этого мира.

Никто не смеет играть с ней под моим присмотром.

Эта игра моя, и Сильвер одна. Посторонним вход воспрещён.

— Астор хочет, чтобы его оставили в стороне? — Эйден поднимает бровь. — Мы говорим об одном и том же человеке?

— Он притворяется. — Я бросаю на Эйдена снисходительный взгляд. — Если бы ты не был таким эгоцентричным, ты бы это заметил.

— Хэштег горит.

Ксандер усмехается. Мы с Эйденом никогда не вцепляемся друг другу в глотки — по крайней мере, не перед остальными. Поэтому всякий раз, когда это происходит, Ксандер и Ронан ведут себя как обезьяны, которые нашли банан.

— Я же сказал тебе, что с Куинс все кончено. Я официально покончил с этим в присутствии Джонатана. — Эйден нивелирует меня своей собственной снисходительностью. — Перестань быть мелкой маленькой сучкой.

До того, как мы встретились здесь, Эйден сказал мне по телефону, что все кончено. Он больше не помолвлен с Сильвер.

Она также скоро поговорит об этом со своим отцом.

Несмотря на облегчение, которое я чувствую, этого недостаточно. Как будто я не могу выбросить из головы мысль о том, что она помолвлена с кем-то другим. Несмотря на то, что она с самого начала знала, что это ложь, она все еще была чьей-то невестой.

Не моей. Его.

Больше всего меня бесит тот факт, что она никогда не будет моей невестой. Она никогда не будет полностью моей, независимо от того, насколько она мне принадлежит."

"Тогда ей пришлось скрывать от этого ублюдка Адама. Она медленно, но, верно, выталкивает меня из своей жизни, и довольно скоро я стану всего лишь увлечением в её прошлом.

Сильвер в конце концов выберет образ своих родителей и свой собственный. Я никогда не принадлежал к этой идеальной рамке.

Может быть, именно это заставляет меня чувствовать себя еще более взбешённым, чем следовало бы, из-за всего этого грёбаного беспорядка.

— Эй, капитан. — Ксандер хватает меня за плечо.