Я найду тебя там, где любовь граничит с безумием

 – У него было увлечение: он знал особые точки на теле человека и пользовался этим, заставляя сдыхать от боли при, казалось бы, невинном прикосновении.

– Но это… – Он снова указал взглядом на спину.

– Это ремень. У него особенный ремень. С металлическим ёжиком по контуру. И этот металл при соприкосновением с кожей, – хмыкнула, – если прикладывать определённую силу, разрывает её, принося не только боль, но и надолго оставляя рубцы, которые когда-нибудь превратятся в шрамы.

Женя не выдержал разговора в зеркальном отражении и, схватив за плечи, резко повернул к себе лицом. Развернул запястья внутренней поверхностью вверх и провёл пальцами по практически зажившим глубоким ссадинам.

– Наручники. Вряд ли он хотел, чтобы остались следы, скорее, просто обездвижить. Когда бил ремнём было больно, – снова хмыкнула, наверно от нервов по поводу того, в каком свете преподносит то, что заставляло страдать, – как оперативник, ты должен понимать, что наручники стягиваются, если стараться от них избавиться, так что, – вздохнула, – можно сказать, сама виновата.

– Кто это был? Ты… ты видела его лицо?

– Скажи, а ты меня искал? – Задала встречный вопрос, не обращая внимание на интерес мужа.

– Я… я искал… я землю носом рыл… я…

– Почему же тогда не нашёл? – Выговорила с едва сдерживаемой злостью, в ответ на его эмоциональные заверения. – А как с соседкой поговорил, так и искать не нужно?

– Я весь город перевернул, каждую собаку тряс, чтобы найти, я…

Несколько раз согласно кивнув, Лора широко улыбнулась.

– Кажется, ты спешил? – Напомнила, едва сдерживаясь, и убрала улыбку, когда муж посмотрел в глаза. – Ты иди. – Кивнула в сторону входной двери. – Я здесь буду, не исчезну. Только помни… что, пока вы все поливали меня грязью, в реальности меня избивал и насиловал посторонний мужик. Пока ты бухал, страдая по поводу того, что твоя жена последняя б***ь, я ждала тебя там. Пока ты спокойно раскрывал особо важные дела, он спрашивал в каких позах муж чаще меня имеет. И ещё, я хочу, чтобы ты знал. – До боли в шее задрала подбородок, чтобы увидеть его глаза. – Я ответила на все его вопросы. Даже о том, брала ли у тебя в рот, спала ли с тобой, пока была беременна и ещё тысячу вопросов в том же духе. И ответила честно. А ты иди… служи. Я, с твоего позволения, хотела бы помыться.

– Ты сбежала от него? – Почему-то спросил Женя, Лора усмехнулась.

– Надоела! – Ответила дерзко.

– Я хочу помыться. – Повторила. – Потому что ещё несколько часов назад он трахнул меня, так сказать, напоследок. На долгую память. Просил не скучать. Да уйди же ты наконец! – Сорвалась на истеричный крик и долго ещё билась в крепких объятиях. До того самого момента, пока силы не закончились, пока не закончились слёзы, пока от крика не пропал голос.