Безопасник

Ника охватила себя за плечи и повернула голову в сторону окна. Извиниться перед Егором? И что ему сказать? Очередную глупость о том, как сильно она боится и не соображает от испуга? Нет. Помолчит.

Две другие машины тронулись следом.

Ехали они не меньше часа.

Ника молчала. Беркут тоже не стремился возобновить диалог. Несколько раз Ника ловила на себе его злой взгляд и каждый раз сдерживалась, чтобы не закричать. Нервы оказались на пределе.

Танцы – это свобода. Это драйв. Это любовь. Но это ещё и дисциплина. Мама Ники мечтала, чтобы дочь увлеклась балетом. Ники же балет сразу не понравился. А вот всё остальное… Она жила танцами, пропадая в школе часами. Как и часами репетировала, оттачивая каждое движение.

Она хорошо знала, что такое самодисциплина и контроль. Вот и сейчас она приказала себе собраться. Ничего страшного с ней не произойдет. Ничего.

Они въехали в элитный поселок и остановились у высокого забора. Автоматические ворота открылись с пульта управления.

Одна из следующих за ними машин остановилась у ворот, вторая въехала на охраняемую территорию, где на стоянке их уже ожидали одетые в камуфляж молодые мужчины.

Ника непроизвольно сжалась.

Куда её привезли?

В последние полгода Ника увлеклась любовно-криминальными романами, рассказывающими не про лихие девяностые, а про нынешнее время. Где за высокими воротами, респектабельными домами, стоящими несколько миллионов евро, за панорамными окнами в столичных офисах сидели такие же хищники, только облаченные в дорогие костюмы. Мало что изменилось.

И сейчас Ника спрашивала себя – не с одним ли из этих хищников её свела жизнь?

Егор остановил машину и так же, как и ранее, порывисто открыв дверь, выпрыгнул из салона. Что-то сказал парням, толпящимся у другого автомобиля. Подошёл к дверце Ники и распахнул её.

Ника посмотрела на Беркута и выдавила из себя жалкое подобие улыбки.

– Не сердитесь на меня. И помогите. Пожалуйста.

Если её слова и как-то тронули мужчину, тот никоим образом этого не показал. Протянул руку и помог выбраться из машины.

– Пошли. И лучше тебе не отставать. Здесь не все парни – мои.

Что он имел в виду, говоря последнюю фразу – Вероника не поняла. Но, быстро посмотрев на мужчин, особенно тех, кто был в костюмах, а не в камуфляжной форме, отчего сразу вспоминались те молодчики из подъезда, и, которые, кстати, остались за воротами, она поспешила за ним. Уж больно не хотелось оставаться даже на несколько секунд в компании пятнадцати, а то и двадцати мужчин, что косо смотрели друг на друга да и на неё поглядывали без симпатии.

Ника не запомнила ни дом, ни двор. Лишь широкую спину Беркута, облаченную в ветровку. Да его темный затылок.

Она шла, держась поодаль, больше со спины, чем с боку.

Вот большая дверь. Просторный холл.