Венец безбрачия белого кролика

— Понимаю, — вздохнула Елена Ивановна, — в те дни, когда артрит бушует, я готова всех без соли и горчицы съесть. Извините меня за слова о вашей матушке.

Я замешкался с ответом. Николетта давно запретила мне называть ее «мамой», и уж тем более «матушкой».

— Простонародная привычка «мамкать» отвратительна! — порой восклицает она.

Но я понимаю реальную подоплеку ее недовольства. Я не десятилетний мальчик. А Николетта говорит всем, что ей тридцать лет исполнится через два года. Может ли сын быть старше матери?

— Елена Ивановна, не зовите меня на «вы». Нет слов, чтобы описать радость от встречи с человеком, который любит творчество Павла Подушкина.

— И зачем вам… тебе понадобилась Варвара? — деловито осведомилась Квасникова.

— Значит, она вдова летчика, — протянула Елена Ивановна после того, как я завершил рассказ. — Ну, слушай, что знаю. Только сходи за лифт, там кладовка, притащи себе стул.

— Постою спокойно, — возразил я.

— В ногах правды нет, — отрезала консьержка, — устанешь. В пять минут я не уложусь. Хорошо, хоть время для беседы удобное. Жильцы сейчас в основном на работе, вечером вернутся. Иди за стулом.

Я повиновался, принес складной стульчик и устроился на нем. Елена Ивановна начала рассказ.

Варвара приобрела апартаменты, в которых ранее жила семья Лизуткиных: отец, мать, ребенок и бабушка, шумные, любящие выпить взрослые и отбившийся от рук мальчишка. Позор подъезда, в котором жили добропорядочные граждане. Лизуткины набрали кредитов, не справились с выплатой, к ним попытались зайти коллекторы. Елена Ивановна, конечно же, не пустила последних. Но стала молиться, чтобы неприятные жильцы куда-нибудь делись. И опля! Вместо Лизуткиных появилась Варвара. Сначала Квасникова решила, что Крапивина весьма обеспеченная дама, приобрела недешевые апартаменты, катается на дорогой машине.

Вместе с Варей поселилась и ее мать Зинаида. И, если дочь проносилась мимо стола консьержки с гордым видом, часто забывая произнести простое «Здравствуйте», то мамаша вела себя иначе. Зина всегда останавливалась, язык у нее болтался, как у коровы хвост, она охотно рассказывала про себя и дочь. Зина сообщила лифтерше, что Варя — певица.

— Очень талантливая, — щебетала мамаша, — но на телевидение ее не пускают, там мафия. Или деньги плати, или спи с начальником. Но я не так свою девочку воспитала! Поэтому Варюша постоянно ездит на гастроли и прекрасно зарабатывает, сейчас дом строит. Полностью меня обеспечивает. Жаль, замуж не хочет!

Елена Ивановна сначала верила болтливой тетке, которая постоянно твердила об успехах Варвары на сцене, о том, как ее любят слушатели и как голосистая соловьиха гребет деньги лопатой.