Безбашенная

По новым тенденциям применения блеска. Вот на тебе и опробуем. Умывайся…

Ставит он передо мной тоник и ватные диски.

Отпускает Лору.

Под глаза лепесточки с какой-то штукой, похожей на пудру.

— Что это? — размазываю по пальцам.

Эта штука всегда мгновенно снимает любые отеки под глазами.

— Это секретный компонент! Никто не должен знать!

— Ну Кость!!

— Скажу по секрету. Но ты не должна никому распространяться.

— Я - могила!

— Это свечи. Анальные. От геморроя.

— Чего?..

— Там есть лимфодренажный препарат быстрого действия. Он очень быстро отводит лишнюю межклеточную жидкость в лимфоузлы. И если покупать аналог в косметологии это выходит в двести-триста раз дороже, чем если купить обычные свечи. Так как есть он только в одном очень дорогом бренде. А эффект аналогичный. Зачем переплачивать?

— Ну да… — хихикаю я. — Отличное средство!

— Вауля! — снимает он лепестки.

Под глазами все идеально!

— Ты со своим не помирился?

— И не собираюсь.

— А что произошло-то?

— А как в старом анекдоте… Мужчины нетрадиционной ориентации делятся на две категории. Геи и пидо*асы… Так вот он не гей.

— Аааа… — начинаю угорать я. — Костя я тебя люблю!

— Не улыбайся… — обводит мои губы.

— Не могу…

— Не болтай!

Через полчаса от моей легкой помятости не остается и следа.

Костя проходится по моим волосам горячим утюжком, придавая объем какой-то сухой бесцветной пудрой.

Надеюсь хотя бы это не анальные свечи! — опять начинаю я угорать.

— Вау… — смотрю на себя в зеркало. — Нереальные вещи умеешь ты делать с девочками!

— Ты идеальная модель. На тебе можно нарисовать абсолютно все. У тебя такая плотная ровная кожа, что тебе не страшны никакие оттенки — ни теплые, ни холодные. Она просто их не отражает.

Отпускает меня.

— Всё, беги, сноси башни мужикам. Приятно участвовать в этом хотя бы косвенно!

Отправляю ему воздушный поцелуй.

Крис ставит у охранников все на сигнализацию, мы ее ждем. Ожников больше не хмурится от боли, Лёха ждет Крис, это значит они опять помирились, а меня ждет сегодня что-то новое и настроение просто «вау»! Я себя отпускаю в это плавание! И черт с ним пусть будет Дмитрий Морозов, а не Семьсот двенадцатый.

Вылетаем веселой кучкой из здания.

Целую на прощание Крис, Ожников дергает меня за край куртки.

— А обниматься?

Повисаю на пару секунд у него на шее.

— Кофе не пей…

— А водку можно?

— Без меня — нет!

— Завтра стартуем! — напоминает всем Крис.

Разворачиваюсь, выхватывая взглядом под светом фонаря своего семьсот двенадцатого.

И запахивая на ходу куртку, ускоряюсь в его сторону. Ветер бьет в лицо…

С каждым моим шагом порхающее ощущение в груди, которое он выдал мне после поцелуев нарастает, смешиваясь с предвкушением более серьезных блюд.