Казнь без злого умысла

– Юрочка, можно, я завтра повникаю? – попросила Настя. – Мне нужно в голове удержать всякие сведения про пушное звероводство, а твоя инфраструктура меня сбивает. Все равно мы завтра едем в гости к Ворожцу, проведем с ним некоторое время, и я надеюсь, что в частных беседах с нами он нам все расскажет в подробностях и объяснит на пальцах.

Коротков глянул на нее скептически и усмехнулся.

– Еще не появились на этом свете такие пальцы, на которых тебе можно было бы втолковать то, чего ты не хочешь слушать. Ладно, болезная, отдыхай, завтра с утречка Володя повезет нас в южные пригороды, послезавтра поедем осматривать северные. Ворожцу я сказал, что он может присылать за нами машину завтра в восемь вечера, мы как раз вернемся в гостиницу и даже поужинать, наверное, успеем.

– Думаешь, Ворожец ужин не предложит?

– Наверняка предложит. И наверняка с обильным спиртным. А пить с незнакомым человеком, от которого не знаешь, чего ожидать…

– …неправильно, – с улыбкой закончила Настя. – Ты сам меня этому учил.

– Вот и видно, что хорошо выучил, – проворчал Коротков. – Так выучил, что ты вообще не пьешь. Ничего и ни с кем.

* * *– Ну, помянем Димку, светлая ему память. – Константин Кириллович поднял стопку, до краев наполненную водкой.

– Хоть и непутевый он был, но все-таки столько лет мы дружили, – добавил Ворожец.

Полковник Баев промолчал. Выпили не чокаясь. Димка Голиков умер два года назад, но проводить его в последний путь смог только Петр Ворожец. И Игорю Валерьевичу Баеву это до сих пор не давало покоя.

– Все-таки плохо, что ты нас на похороны не вызвал, – сказал он укоризненно. – Неправильно это. Мы же все вместе были.

Петр Сергеевич скупо улыбнулся.

– Ну ты сам подумай, Игореха, ты уехал в Москву, тебя в какую-то рабочую группу в министерстве включили, какую-то очередную концепцию вы там разрабатывали, Костик с Верочкой в отпуске за границей, а я здесь. Понятно же, что я сам все сделал, все организовал. Димку похоронил как положено. Вы вернулись – я вас собрал и все рассказал. На сорок дней мы уже вместе на кладбище ездили.

– Ты всегда все делаешь сам. – То ли Ворожцу почудилось, то ли в голосе полковника и в самом деле прозвучало неодобрение.

Ничего, все нормально. Игорь стремится держать все под контролем, никому не доверяет. Даже своим старым друзьям. Петр Сергеевич хорошо помнил, каким недоверчивым всегда был Игореха. «Меня батя учит, что никому верить нельзя, потому что все врут, – говорил Игорь. – А он точно знает, он в милиции работает». Был недоверчивым – таким и остался, хочет сам все знать и своими глазами видеть, своими руками пощупать.