Казнь без злого умысла

Настя погрузилась в поиски и изучение самых разных материалов по истории русского меха, нашла для себя много интересного и неожиданного, от души посмеялась процитированной в одном из обзоров фразе из документа 1621 года, в котором Верхотурскому воеводе предписывалось во избежание хищений тщательно описывать весь груз идущих в Москву меховых караванов, «чтобы царскому денежному сбору истерии не было».

Что же касается конкретных цифр, озвученных мэром, то тут дело было не так гладко, данные, найденные в интернете, разнились. Например, если Смелков утверждал, что при Советской власти в нашей стране работали 600 зверохозяйств, а теперь осталось только 22, то в других материалах показатели доперестроечного периода колебались от 400 до 650, нынешние же доходили до 40. Но суть от этого вряд ли сильно менялась, цифры во всех вариантах явственно показывали разрушение и уничтожение отрасли.

День, наполненный чтением вперемешку с лечебными процедурами, пролетел незаметно, и к приходу Короткова после очередного «ужина с нужными людьми» у Насти сложилось твердое убеждение, что никаких особых экологических проблем работающее зверохозяйство принести не может, если в нем все делается по правилам. Теперь следовало бы выяснить, как обстоит дело с выполнением этих правил на Вербицкой норковой ферме.

Она пыталась удержать в голове и не забыть все те сложные слова и цифровые показатели, на основе которых делается вывод об экологической безопасности предприятий, поэтому слушала Короткова вполуха. А Юра рассказывал ей о проблемах финансирования строительства трассы, и было это Анастасии Каменской совершенно не интересно.

– Юр, ну зачем мне это… – жалобно проговорила она. – Я все равно ничего в этом не понимаю.

– А тут и понимать нечего, – отрезал Коротков, – а знать надо, чтобы оценить вероятность принятия определенного варианта проекта. Значит, смотри и слушай: финансирование строительства дороги имеет три источника…

Настя морщилась, старательно делала вид, что ей нездоровится, но сочувствия не дождалась и начала вникать. Первым источником финансирования является Федеральный дорожный фонд, находящийся в ведении Минтранса. Вторым номером идет областной дорожный фонд, третьим – деньги инвесторов. Федеральной программой развития транспорта и дорожного хозяйства было предусмотрено определенное финансирование Перовской области из Федерального фонда, но в 2012-2013 годах область недополучила деньги, потому что их перенаправили на Олимпийские объекты. Обещали в 2014 году выплатить все, что недодали раньше, плюс финансирование за 2014 год в полном объеме, но грянул кризис в Украине, за ним последовали санкции, и с деньгами на строительство трассы стало опять туго.