Без выбора

Мы на него не претендуем, да и, тем более, оберегал тебя пять лет… Черт, это как же он должен тебя любить, чтобы вот так…»

Так сказала она вечность назад.

Вита приложила руку к щеке.

- Да, Надюш, слушаю тебя.

- Вита… Витуль, помоги мне, пожалуйста… Помоги…

Подруга жалобно всхлипнула, и Вита тотчас напряглась.

- Конечно, что случилось, говори.

- Я дура… Я такая дура…

- Надя, не истери! А скажи мне, что случилось!

- Вита…

- Надя, успокойся! Ну-ка, выдохни.

Шумный выдох послышался в телефоне.

- Вот, молодец. А теперь говори.

- Я беременна. И я приехала делать аборт. Отговори меня, пожалуйста…

Глава 20

- Гвоздов переписал все документы?

- Да.

- Отлично.

- Роман, ты уезжаешь?

- Да. Домой. Больше не приеду сегодня. Если что, звоните Рустаму. Он на связи.

- А если срочное?

- Рустаму, тот - Владу.

- Понял.

К черту все дела. Он хотел к Губастой. Если бы не её дядя, что нарисовался нечаянно или как раз чаяно на горизонте, он бы сегодня никуда даже не вышел из дома. С другой стороны, именно благодаря Сидору, между ними возникло подобие отношений. Хоть что-то.

Роман вышел из здания, задрал лицо к нему и постоял, греясь в лучах солнца с минуту."

"Мужчине было хорошо. Легко. Он уже не помнил, когда испытывал нечто подобное.

Когда ничто не жгло внутри, не разрывало жилы, не раскурочивало ребра.

Когда можно дышать и наслаждаться жизнью.

Днем, что протекает неспешно и почти без суеты.

И осознанием, что в доме – доме, что ты построил для НЕЁ! – тебя ждет Губастая.

При воспоминании о прошедшей ночи, кровь забурлила в жилах. Да плевать, он может позволить Ферзю хоть каждый месяц себя резать, лишь бы Вита его лечила, а потом ласкалась, как кошечка, и ходила рядом. Роман, счастливо усмехнувшись, направился к машине. Влад активно вел переговоры с Ферзем, и тот уже не говорил «нет».

Но и не сказал «да».

Рома проехал половину дороги, когда на светофоре его взгляд упал на цветочный ларек. Резко вывернул руль, не обращая внимания на гневные сигналы других водителей, он прямо по тротуару свернул к ларьку.

Девочки любят цветы. А он свою девочку хотел баловать.

Лишь бы позволила…

Он отстранился. И до свадьбы и после. До – были дела. Казино, встреча с важными людьми, возвращение в семейный бизнес. Он осознанно избегал Виту. Потому что, попробовав её в кинотеатре, удержаться с каждым днем становилось сложнее. Иногда доходило до такого, что он готов был её изнасиловать. Ворваться в комнату, опрокинуть на кровать и ворваться в её сухое или смоченное его слюной лоно. Разорвав одежды, не слыша возражения, ломая сопротивление. Он сам себе напоминал зверя. Оголодавшего. Опасного.

Поэтому держался в стороне. Мозги плавились от желания.

Вита… Виточка… Его Губастая.

Никого больше не хотел. Смотрел на других девочек и… шел в зал или под холодный душ.