Индульгенция 3. Без права на смерть

Ну действительно, не будет же Темнейший князь ковыряться в земле своими руками?

Впрочем, Гиви обещал поднять парочку зомби, чтобы они всю работу сделали за нас. Это допускалось, потому как редко в одном потоке собиралось столько муд… В смысле, сильных магов, которые могли припахать к работе магических созданий.

По пути Танька решила, что топать своими ножками ей лень, и для приличия на этот раз выбрала шею Гиви, которую этот подкаблучник с удовольствием подставил.

— На мою даже не смотри, — тут же сделал я огораживающий знак Переруга — козу в сторону Насти. — К меня ноги болят и шея не казенная.

— Ей можно, а мне нельзя⁈

— Насть, ты, конечно, не обижайся, но тебе до Таньки еще очень далеко. Она своя, понимаешь? Мы ее настолько любим, что простим практически все и глотки за нее перегрызем, даже на миг не задумавшись.

— Я тоже тебя люблю, Видарчик, и сделаю для вас тоже самое, — послала она мне воздушный поцелуй с высоты Гивиных плеч.

— И что мне надо сделать, чтобы стать вам ближе? — придвинулась ко мне Настя.

— Надо сделать так, чтобы тебя уважали в нашей компании не за что-то, а вопреки чему-то. Мы бунтари по натуре, мы не имеем авторитетов, нам плевать на то, что про нас подумают. И за свое мы будем биться без раздумий. Когда осознаешь это, примешь и поймешь, тогда и станешь своей. Вспомни сегодняшнюю драку, и сразу все станет понятно. Ты толкнула Гиви и отступила. А Танька, например, и ущипнула бы, и трусики с нее стащила, чтобы, значит, друг получил удовольствие, прежде чем получил по морде. Ну, хотя бы от вида.

— Ой, там, кажется, кого-то бьют? — перебила она меня. — Нехорошо это. Вмешаемся?

Посмотрев в нужную сторону, я увидел интересную картину…

Глава 19

Глава 19

— Ой, там, кажется, кого-то бьют? — перебила она меня. — Нехорошо это. Вмешаемся?

Посмотрев в нужную сторону, я увидел интересную картину — трое светлых, не стесняясь собаки, обсыкающей рядом стоящий куст, били четвертого светлого ногами. Так, без огонька — чисто для профилактики, учили его жизни, как мне показалось. Очкарик орал, матерился и прикрывал голову, всем своим видом показывая, что учеба не идет ему впрок. А я то признаюсь думал, что таким нравится учится…

— Спасем? — проявила несвойственную ей жалость Настя.

— Еще чего, — отвернулся я. — Помоги себе сам — вот девиз академии.

— Но его же бьют!!!

— Значит, так надо. Вот спасем мы его, а вместе с тем возьмем на себя все его проблемы — мы ж в ответе за тех, кого приручили. И этот лузер будет тянуть нас на дно своими дохлыми кондициями. И нам из-за него придется влезть в конфликт со светлыми. Так-то я не против надрать им зад, но должна быть веская причина для этого.

— Или интересная, — вмешалась в разговор Танька, профессионально оценивая удары этих молодчиков.

— Или так, — согласился я.