(без) Право на ошибку

Но кто меня упрекнет? Никто не знает меня настолько, чтобы разобрать по полочкам мое поведение и указать на ошибки. Никто и не узнает — я этого не позволю. Я научилась строить свою жизнь исходя из собственных предпочтений и потребностей.

И сейчас я хотела победить.

Григорий Яковлевич, наконец, насытился общением и отошел в сторону, предупредив, что если мне угодно, я могу уехать в любое время.

Мне было угодно. Тем более, что вечерело и становилось не просто прохладно, а холодно.

Я взяла бокал шампанского, выпила его залпом, а потом снова повернулась к Веринскому. Глядя на него в упор, не скрываясь, уподобляясь всем тем девкам, что постоянно крутились вокруг него. Взяла еще один бокал — чтобы что-то хотя бы держать в руках, раз себя получалось с трудом — и снова прошлась взглядом от начищенных носов туфель до чуть сжатых губ.

Я знала, что он почувствует мой взгляд. Он был хищником — а теми всегда руководили инстинкты. И оставить столь наглое внимание без наказания он не мог.

Мужчина резко обернулся, даже не заморачиваясь тем, что разговаривал в этот момент с кем-то. Глаза его на мгновение расширились, а ноздри дрогнули. У меня было хорошее зрение, и я различила все оттенки его эмоций.

Неверие, злость, похоть, когда он рассмотрел мою фигуру в синем платье на тонких бретелях. Ничего вульгарного — но оно облегало меня, как перчатка. Или обнимало, как руки мужчины.

Так и надо, дорогой. Считай, что я вырядилась для тебя.

Отсалютовала ему бокалом и чуть улыбнулась."

"И похвалила себя, что даже не дернулась, когда он направился ко мне, рассекая толпу, как волнорез. С прожигающими меня глазами.

Мой личный транквилизатор в мозг.

Его лицо было напряжено — но больше он ничем не выдавал волнения. Хотя я знала — взволнован. Нет, не нашей встречей. Не происходящим, которое с его стороны выглядело весьма однозначно. Взволнован он был, скорее, той перспективой, которую почувствовал. Ему бросили вызов — и он принял его.

Он всегда был так уверен в себе, в том, что он видит и делает — так почему бы не предоставить ему возможность снова почувствовать себя хозяином положения?

Я провела бесконечное количество ночей анализируя то, что произошло тогда. И поняла одно — он не обманывал меня. Просто замалчивал некоторые моменты, позволяя мне наслаждаться иллюзией.

Он был бесчестным ублюдком — на самом деле. Темным вихрем, уничтожающим всех, кто попадется на его пути. Дьяволом, как мне и показалось при первой же нашей встрече.

Я обманулась сама. И жестоко поплатилась за это.

Я сама, лично, зашла в газовую камеру и дышала отравленным воздухом, пока не потеряла сознание.

Но теперь у меня есть возможность расправить плечи.

И вдохнуть что-то настоящее.