Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Ни о чём таком она в тот вечер и подумать не смела, давно предопределив, что эта часть человеческого бытия ею уже однажды пройдена. Михаил оказался не только хорошим математиком, но и отличным собеседником, при этом прекрасно разбирался в искусстве, особенно в русском. Его любимым художником был Петров-Водкин, и они сошлись во мнении, что он – целая эпоха в истории русской советской живописи, искренний и неподражаемый символист. Потом был Большой театр с балетом «Лебединое озеро», прогулки по старому Арбату и Кутузовскому проспекту, крепкий кофе и котлета по-киевски в ресторане «Прага». Его общество было приятным, и казалось, никаких попыток на сближение он не предпринимает, всё на уровне чудесного времяпрепровождения.

Она сообщала о своём очередном приезде, и он составлял культурную программу, учитывая все пристрастия Летиции. Михаил приходил на встречу с букетом цветов и провожал её на Ленинградском вокзале с обязательной красивой коробкой шоколадных конфет. Дожидался, пока поезд тронется, шёл следом и долго махал рукой, а ей становилось немного стыдно перед попутчиками – не девочка ведь такие сантименты разводить. Звонил крайне редко, скорее всего, от нежелания казаться назойливым. Пару раз приезжал в Питер, и они подолгу бродили по городу, посещали театры, сидели в кафе.

К себе никогда не звала и не понимала до конца, что между ними – дружба или что-то большее. Михаил Леонидович каждый раз галантно целовал руку на прощание и уходил, как ей казалось, немного грустным, будто что-то оставалось недосказанным. Их объединяло отсутствие детей и глубокая рана утраты, только для Миши – невосполнимая, а для Лютика – всегда полная болезненной памяти и смутной тревоги, что до конца так и не оправилась и всё так же любит Петю.

В начале мая неожиданно позвонил, сказал, что приехал в Ленинград на один день и по очень важному поводу. Они встретились у памятника Пушкину на площади Искусств. Михаил сидел на скамейке, о чём-то думал, уставившись на свои ботинки, в руках – нежный букетик ландышей. Выглядело это трогательно и по-доброму, и Летиция улыбнулась.

Михаил не заметил, как она подошла, и вконец растерялся, будто его застукали за чем-то непозволительным.

– Это вам! Мои любимые, не могу пройти мимо. Купил у метро. Куда пойдём?

Она не могла понять, что с ним происходит. Всегда сдержанный, наполненный человек вдруг стал нерешительным, как лишился стержня, на котором держалось всё его существо. Это напомнило ей Петю, тот точно так же в сложные моменты, когда надо принимать одно-единственное решение, расплывался, отдавался судьбе и тихо плыл по течению, не зная сам, куда это приведёт. У Пети, как у любого человека, всегда был выбор, но он не выбирал, за него выбирал случай и делал его своим заложником.