Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

– Нееет! – она сказала это так громко, что стоящий рядом пожилой мужчина с жалостью посмотрел на её зарёванное лицо, и ей от неловкости пришлось отвернуться.

Дома было тихо, Таня гостила у бабушки. Стало совсем невыносимо.

Никогда бы не подумала, что будет скучать по дочери – всегда из дома с радостью выпроваживала: «Танька скоро в школу пойдёт. Девка, конечно, неглупая, и читает вовсю, и считает хорошо, хоть сразу во второй класс иди… Вредная, конечно, Алла Сергеевна, но внучке много внимания уделяет, точь-в-точь как её бабушка… Сто лет на кладбище у бабули не была и с матерью давно не виделась… Вот завтра вместе с мамой и сходим. Встану пораньше – и в Стрельну, что-то на душе тревога».

Утром собирается, уже за порог ступила, слышит – звенит телефон настойчиво, кто-то дозвониться во что бы то ни стало желает. Не хотела возвращаться, плохая примета. Потом передумала и, не снимая обуви, чертыхаясь, пошла в гостиную послушать, что за неладная её в дверях застала.

– Вы Светлана Спиридонова? – голос был незнакомый, старческий, то ли мужской, то ли женский, не разберёшь. – Спиридонова Валентина Анатольевна – ваша мать?

Сердце сжалось от предчувствия.

– Скончалась она вчера! Я соседка ейная по дому, через забор проживаем. Её вчера по скорой увезли, плохо с сердцем стало. Она мне телефон ваш дала, сказывала, если беда какая, вам сообщить. Вот, сообщаю – отмучилась… Так вы и сами всё узнаете, в больнице расскажут, как да почему. Она ведь и не пила совсем последнее время, только уж больно унылая ходила. В гости звали – не шла. Одна, совсем одна дни коротала. Ещё с весны по осень в огороде копалась, а зимой сиднем дома сидела. Мы порой сами к ней заходили, думали, не случилось ли что, не видать совсем. Я ведь и бабушку вашу знавала.

Света трубку выронила и как завоет, точь-в-точь как мать на похоронах отца:

– Да что же это такое творится! Одна напасть за другой! И как я не успела?! Всего одним бы днём раньше! Господи, что же это делается?!

Похоронили маму на местном кладбище, рядом с бабушкой. С отцом не получилось, ему тогда на Серафимовском место от Кировского завода определили – далеко друг от друга. Сначала хотела на завод пойти, ходатайствовать, потом передумала, места действительно рядом не было, предложат кремировать и подхоранивать, а этого Света боялась больше всего на свете. И мама огня пугалась – не раз домой вернётся проверить, не забыла ли утюг выключить, в детстве из горящего дома с трудом выбралась – всегда руки тряслись, когда вспоминала.

Как оказалось, и в гроб не в чем положить, всё какое-то страшное, изношенное, даже косынки приличной не найти. Света всё новое в универмаге купила, не скупилась, хотя больше сэкономить любила и денежку отложить, а не бросать на ветер.