Без брака

Судебное заседание – вовсе не место для фамильярности и вольностей, к которым привыкли эти кумушки в своей повседневной жизни. По этикету судебного обращения каждую свою фразу участники процесса должны начинать словами «Уважаемый суд».

Дима снова сделал соответствующее замечание и перешел к рассмотрению дела по существу. Первое слово, разумеется, дали истицам, чтобы они сформулировали свои требования к ответчику, обосновали их и предоставили соответствующие доказательства. За явной неспособностью дам четко формулировать свои мысли вместо них слово взял Трезвонский.

Собственно говоря, ради этого момента я и пришла сегодня на заседание, отложив свои собственные дела. Хотя Костя Таганцев и говорил мне, что Варвара отказалась от услуг Трезвонского и на послезавтрашнее заседание по их с Виталием разводу придет сама, я не до конца в это верила. Мне хотелось посмотреть на то, как будет держаться Трезвонский, чтобы быть готовой к возможным неожиданностям.

Ничего предосудительного в этом нет. Заседание по делу Шутова открытое, в зале находились не только представители прессы, но и многочисленные зеваки. Еще бы. Скандал с Шутовым был публичным, а потому вызывал огромный резонанс."

"Трезвонский сухим профессиональным тоном повторил исковые требования. Все три истицы считали себя гражданскими женами Шутова, подтверждением чего являлись их дети, рожденные от медиамагната. У Лики Смайл их было двое – четырехлетний сын Владимир, которого она, вскакивая с места и перебивая Трезвонского, называла Волик, и двухлетняя дочка Ольга, именуемая матерью Лёликой. Ника Стар воспитывала восьмилетнего сына Шутова, которого в честь отца назвала Валентином, а у Мики Блох год назад родилась дочь Эльвира.

– Моя доверительница Лидия Веселова приехала в столицу совсем юной девочкой, – трагически расписывал судьбу Лики Смайл Трезвонский. В голосе его слышался такой надрыв, что я ощущала себя в зале провинциального театра. – Уважаемый суд, вы знаете, сколько соблазнов таит в себе большой город. Его огни способны поразить неопытное воображение, заставить поверить в чудо, купиться на любые, самые удивительные обещания и совершить кучу необдуманных поступков.

Боже мой, что он несет? К чему весь этот глупый пафос? Я просто не верила своим ушам. То, что делал в суде Трезвонский, выглядело, как минимум, непрофессионально.

– Тяжелая судьба заставила мою доверительницу устроиться на работу в массажный салон. К концу рабочего дня у нее руки болели от непосильного труда, но каждый день она снова и снова вставала к массажному столу, чтобы продолжить свой нелегкий, но благородный труд.

– А больше у нее ничего не болело? – ухмыльнулся со своего места Шутов. – Бордель это был, а не массажный салон.